Мужчина из моего прошлого

— Нет, пап, ты не виноват, — тороплюсь его разубедить, быстро смахивая слезу с щеки. — У тебя был весомый аргумент. Ты судил его брата, я не могла быть в отношениях с родственником твоего подсудимого. И ты не запрещал мне с ним встречаться, ты попросил меня понять сложность ситуации, — делаю акцент на слове «попросил». — В отличие от мамы у тебя был весомый аргумент. А у нее просто истеричные крики о том, что он маргинал, подонок и уголовник. Ну и если бы не ты, пап, я бы не родила Владика.

— Но этот мальчик оставил тебя по моей вине.

Папины слова на секунду вгоняют меня в ступор.

— Дима не оставлял меня, — отвечаю, удивленная его заявлением. — Это я приняла решение с ним расстаться. А он мне даже предложил пожениться.

Я впервые говорю кому-то о том, что Дима делал мне предложение. Даже мои лучшие подруги не знают этого. Не хотела ни с кем делиться такой сокровенной информацией, хотела, чтобы это осталось только между мною и Димой.

— Когда? — папа недоуменно на меня глядит. — Когда он предлагал тебе пожениться?

— Ну вот после того, как ты попросил меня прекратить с ним отношения. Мы тогда встретились, и я ему сказала, что мы должны расстаться. А он предложил мне выйти за него замуж, чтобы вы с мамой больше не могли нам мешать. Но я все равно отказалась.

Папа отворачивает голову от моего лица к потолку и задумчиво молчит. А потом я замечаю, как с уголка его глаза скатывается слезинка.

— Пап, ты чего? — испуганно подскакиваю на стуле. — Пап, ну ты ни при чем…

— Я тогда провел разговор не только с тобой, но и с ним, — шепчет, а я замираю от услышанного. — Я встречался с ним в одном кафе.

Папа замолкает, а я не дышу. Первый раз слышу о том, что папа и Дима встречались лично. Мне не говорили об этом ни Соболев, ни отец.

— Я сказал, что дам его брату условный срок, если он прекратит отношения с тобой. После этого вы расстались. Я думал, он оставил тебя ради брата.

Меня как будто молния поразила. Не шевелюсь, не моргаю.

— Нет, это я его бросила, — лепечу. — А он меня замуж позвал.

Папа обреченно опускает веки. Больше не произносит ни слова. Я сижу растерянно еще минут пятнадцать, а потом тихо встаю и ухожу.

Переписав бабушкину квартиру на меня, папа умирает.

Смерть отца ложится на меня бетонной плитой. Я погружаюсь в жуткую депрессию. Не ем, не сплю, резко худею. Мне не хочется ничего и никого. Игорь несколько месяцев наблюдает меня такой, а потом берет на работе отпуск и покупает нам вдвоем путевку на море в Италию. Влад остается на попечении двух бабушек."

"Я послушала отца и стала общаться с мамой, а также разрешила ей проводить время с Владом. Она теперь любит внука больше жизни. Когда смотришь со стороны, как она с ним сюсюкает, даже и не скажешь, что когда-то моя мать говорила про ребенка ужасные слова.