Дневник моего исчезновения

Я пытаюсь представить его папу без ног в инвалидном кресле и как он не может переехать через высокий порог, но безуспешно.

Как бы я ни пытался, ничего не получается. От страха мне трудно дышать. Ощущение такое, словно кто-то стянул мне грудь жесткой веревкой, а легкие наполнились зеленой слизью.

Альбин смотрит на Винсента.

Винсент кивает:

– Раздави ее.

– Нет, – с криком вскакиваю я. – Нет, нет!

Альбин устало смотрит на меня. Потом пожимает плечами, словно не видит в команде Винсента ничего особенного, словно получает такие каждый день. Просто еще один приказ, который нужно выполнить, не задумываясь.

Он поднимает ногу в мокрой кроссовке и опускает подошву на Эйфелеву башню так, словно давит паука на полу в подвале.

Малин

Судмедэксперт Самира Хан невысокого роста, она едва достает мне до груди. Самира пожимает руки всем по очереди. Длинные темные волосы заплетены в толстую косу. На женщине зеленая униформа и клеенчатый передник, шуршащий от малейшего движения. Перчатки и очки лежат рядом на столе.

Прошло почти две недели с той встречи по Скайпу, на которой мы обсуждали скелет у могильника.

Разве могли мы предполагать, что нам придется снова встретиться, чтобы обсудить другое убийство? И что с нами не будет Петера, который пропал бесследно.

Мы с Манфредом и Сванте поехали в Сольну – почти полтора часа, чтобы лично поговорить с Самирой. Андреас остался в Урмберге. У него была встреча с другими полицейскими по поводу координации нашей работы.

Хоть у нас еще и нет доказательства, что кровь на кроссовке Ханне – это кровь жертвы убийства, мы исходим из того, что это так. Это означает, что Ханне, а может, и Петер, были свидетелями убийства или находились поблизости в момент преступления.

Это, разумеется, прогресс в расследовании исчезновения Петера. Мы знаем, что они с Ханне исчезли в пятницу – в тот же день, когда убили незнакомую женщину. Также приходится констатировать, что Петер тоже стал жертвой преступления. От него ничего не слышно уже шесть дней, вряд ли с ним произошел несчастный случай. Если бы он сломал ногу в лесу или поскользнулся и упал в реку, мы бы уже его нашли.

Самира надевает перчатки.

– Что с вашим коллегой? – словно читает мои мысли врач. – Вы его нашли?

– Еще нет, – отвечает Манфред.

Самира подтягивает перчатки и хмурит лоб.

– И вы думаете, что его исчезновение связано с убийством этой женщины? – спрашивает она, кивая на тело на столе из нержавеющей стали.

– Мы предполагаем, что наша коллега Ханне была на месте преступления.

– Ханне? Которая потеряла память?

– Именно так.

Самира поправляет передник и выпрямляет спину.

– Хорошо. Начнем?

Мы подходим к столу из нержавеющей стали. Лежащее на нем тело худое и бледное. Слипшиеся пряди седых волос лежат вокруг головы.