Босс моего бывшего

 – Паша возвращается, злой. Не нашёл воду, ай-яй-яй.

И правда: водитель бредёт в нашу сторону, а на лице раздражение.

– У нас всего минута. Так вот, фотографии отправила Настя.

– Зачем ей это? Она же замужняя женщина! – шепчу.

– Потому что у Лёни были вы и свадьба, а Настя заигралась и влюбилась. Какая влюблённая женщина захочет, чтобы её любимый женился на другой, да?

– А вас она совсем не боялась потерять?

– Это уже другой разговор, для которого мы слишком мало выпили, – холодно улыбается и отворачивается, оставив меня наедине с невесёлыми мыслями.

Глава 20 Дмитрий

Медсестра вытаскивает из моей вены иглу капельницы и тычет в меня ещё чем-то.

Как же достал этот больничный. Ущербность собственная в печени сидит, безделье вынужденное.

– Вот так, да, не дёргайтесь. Это всего лишь укол, – медсестра разбирает адскую конструкцию отработанной капельницы и, весьма довольная собой, собирает в специальный контейнер смятые упаковки от препаратов, отработанные иглы, шприцы, бутылочку из-под физраствора. – Завтра снова приеду, последний поставлю и побежите, как молодой.

Это “как молодой” от едва ли двадцатипятилетней девушки наотмашь бьёт по мужскому самолюбию. Хочется заорать, что мне всего тридцать девять, а не семьдесят, но это лишняя трата внутренних ресурсов.

– Вы закончили? – спрашиваю чуть резче, чем планировал.

– Да, Дмитрий Николаевич, – встряхивает головой, неловко улыбается и, забрав с собой мусор, убегает в коридор, где её встречает Валера и увозит домой, наконец оставляя меня одного.

В последние дни моя квартира напоминает проходной двор. Кого тут только не было. Личный лечащий врач, с клиникой которого сотрудничаю долгие годы. Стас с его неумелой заботой. Личный помощник Олег регулярно привозит документы на личную подпись. Только мамы не хватает с бульоном и причитаниями.

Но на самом деле мне по-настоящему не хватает совсем другого человека. Сколько раз за эти дни я боролся с искушением отправить за ней Валеру, Юру – хоть чёрта лысого, лишь бы привезли Варю. Больше никого не нужно. Как капризный мальчик я хочу увидеть её. Чтобы сидела около, гладила по руке, заботилась, в глаза смотрела с сочувствием. Просто дышала одним воздухом со мной, но это только импульсы. Ничего не значащие желания, с которыми я успешно борюсь, загоняя их всё глубже и глубже.

От уколов меня снова рубит, и во сне к зыбкому образу Вари добавляется её аромат. Впервые девушка кажется настолько осязаемой: сотканной не из грёз и туманов, а из плоти и крови.

– Дима, – касается моей руки, и я сладко жмурюсь. – Дима…

– Мне так нравится, когда ты меня по имени называешь. Скажи ещё раз.

– Дурак, – по руке шлёпает, и я радуюсь, что это сон. Что не видит меня таким жалким, немощным, грязным даже.