Мое темное желание (ЛП)

Я уже почувствовала обморожение.

Табби оттолкнула Регину бедром с дороги.

— Я так рада, что мы наконец-то встретились один на один. — Она протянула руку. — Мы с тобой всегда общались в одних и тех же кругах. Кажется, мы всегда скучаем друг по другу.

Зак проигнорировал ее протянутую руку.

— Какая жалость.

Через крошечные щели в ставнях я не могла его разглядеть. Мне так и хотелось распахнуть дверь и подглядеть за ними, но я знала, что лучше не поддаваться искушению.

Судя по вздоху Веры, она наконец-то разглядела остатки беспорядка, устроенного ее дочерью на полу.

— Это… кровь?

Табби подкралась к Регине сзади.

— Это болоньезе.

Можно было бы возразить, что два фунта говяжьего фарша в подгоревшей буханке, увенчанной банкой помидоров ""Сан-Марцано"", не могут считаться ""Болоньезе"", но что я знала?

Я не была известным кулинарным блогером.

Вера повернулась к Заку.

— Мне очень жаль, мистер Сан. Поверьте, я в полном ужасе. Обычно в доме не бывает так грязно, но наша горничная халтурит без строгого надзора. Боюсь, в наши дни трудно найти хорошую прислугу. Вы же знаете, как это бывает.

Под горничной она подразумевала меня.

А под ""пошла ты"" я имела в виду ее.

Вера жестом указала на беспорядок позади себя.

— Надеюсь, это не испортит ваше впечатление о нас.

Зак начал закатывать рукава до предплечья.

— Насчет моей просьбы…

— Не хотите ли чего-нибудь выпить? — Вера прижала ладонь к груди. — Боже мой, где мои манеры? Похоже, нигде в пределах досягаемости. Виноваты долгие рабочие часы. Я взяла на себя бизнес мужа, знаете ли.

Что ты взяла на себя, так это диван в гостиной."

"Я была уборщицей, бухгалтером и администратором. Все, что она делала, — это отдавала приказы и называла меня бесполезной. Но и это она делала лишь раз в полнолуние.

На деньги, вырученные от залога папиных вещей, она ходила по магазинам, поглощала дневное мыло и заказывала еду на вынос по корпоративной карте.

Раздражение вырвалось из тела Зака, как густой дым.

— Мне ничего не нужно. — Он закончил рукава и положил предплечья на стойку. — Кроме как задать свой вопрос, если можно.

— О, конечно. — Вера вздрогнула. — Какой вопрос?

Он достал что-то из белого подарочного пакета, который принес с собой, и поднес к свету.

Это было…?

Не может быть.

Этого не может быть.

Но все это происходит.

— Эта обувь случайно не принадлежит кому-нибудь из ваших домочадцев?

8

ФЭРРОУ

Ублюдок.

Этот придурок-миллиардер хотел меня заполучить.

Он выкроил время из своего расписания, чтобы протащить мой грязный ботинок по всему Мэриленду, словно это была голова оленя.

Власть имущие были такими садистами. Он просто не мог оставить это без внимания.

Страх заскрежетал по позвоночнику. Мурашки сменились мурашками на руках.