Мое темное желание (ЛП)

Я растянулся на своем сиденье, постукивая пальцами по колену, скучая до предела.

— Если мы делаем тебя таким счастливым, почему ты всегда покупаешь вещи, чтобы чувствовать себя хорошо?

— Искусство — это не вещи. — Он положил свою руку на мою, чтобы я перестал стучать по колену. — Это душа человека, вложенная в материал. Души бесценны, Зак. Постарайся защитить свою любым способом.

Я придвинулся к нему ближе, заглядывая в бархатный саквояж между нами.

— Могу я взглянуть на него?

— Не раньше твоего дня рождения.

— Это мое?

— Не для того, чтобы носить с собой. Это опасно.

— Еще лучше. — Я потер руки, обратив внимание на резную шкатулку, лежащую между его ладонями. — Как насчет этой?

Мы только что забрали трофеи папиной войны на антикварном аукционе.

Точнее, папа забрал.

Я сидел в машине и разгадывал кубик Рубика, не удосужившись взглянуть на него, пока он мучился с проверкой документов.

Искусство никогда не интересовало меня.

Отец провел последние двенадцать лет, вдалбливая в меня свою мудрость, надеясь, что его одержимость проникнет в мой череп.

Не повезло.

Я мог спорить о достоинствах гунби в сравнении с живописью тушью и смывкой, но не мог заставить себя наплевать на кучу линий на бумаге. (прим. Гунби — техника реалистической китайской живописи).

Иногда я втайне жалел, что у меня нет такого отца, как у Ромео. Он позволял ему обращаться с пистолетами и ручными гранатами. Ром даже умел управлять танком.

Вот это была находка.

Отец снял тяжелую крышку и наклонил коробку в мою сторону.

— Подарок твоей маме на юбилей.

Между атласными стенками лежал круглый нефритовый кулон, выточенный в форме льва. Красный шнур обвивался вокруг изогнутого края, ведя к уложенным бусинам, огромному узлу ""пан чанг"" и двойным кисточкам. (прим. Узел Пан Чанг — один из восьми символов буддизма. Он передает религиозную веру в цикл жизни без начала и конца).

Два миллиона долларов, и за что?

Мама даже не собиралась носить эту вещь.

Взрослые иногда принимают самые глупые решения. Папа называл их импульсами и говорил, что они человеческие. Может, я и не был человеком, потому что ничто не приводило меня в восторг. Я всегда все обдумывал и ничего не жаждал.

Даже сладостей.

Я опустился на свое место.

— Это похоже на плесень на сыре, растущую в посуде из-под консервов в шкафчике Оливера.

У моего второго лучшего друга была гигиена дикого кабана. Хотя это было бы несправедливо по отношению к кабану, потому что у последнего не было возможности ежедневно принимать душ.

— Sha haizi. — Глупый ребенок. Отец потрепал меня по затылку и усмехнулся. — Когда-нибудь ты научишься ценить прекрасное.

Дождь усилился, стуча по окнам, словно просясь внутрь. Красные и желтые огни сверкали сквозь искаженное стекло.

Гудки становились все громче.