Мое темное желание (ЛП)

Ты в порядке.

— Нет, папа. — Я вцепился пальцами в ручки, почти отрывая их ногтями. — Мы падаем слишком быстро.

Грабли.

Кровь.

Нож.

Я не хотел ничего из этого вспоминать.

Шевеление папиных губ.

Его единственную слезу.

Его последние слова.

Мы с огромным грохотом врезались в взлетно-посадочную полосу. Моя рука отлетела в сторону и врезалась в окно.

Дождь хлестал с неба, как пули. Самолет затормозил, но я опустил голову на колени, сведя брови.

Его последние слова, его последние слова, его последние слова.

— Что ты говоришь, черт возьми?

Стюардесса отстегнулась и бросилась ко мне. Она положила руку мне на спину.

— Вы в порядке, мистер Сан?

— Нет.

Я, наконец, вспомнил последние слова отца.

93

ЭТОТ ДЕНЬ

ЗАК

Природа: 3.

Зак Сан: 0.

Дорога до спортивной арены заняла пять часов. Пять часов в дерьмовой арендованной машине, которая держалась на клею Gorilla Glue и молитвах.

Я не принимал душ и не переодевался три дня, забыв свой багаж в Чиангмае. Мне казалось особенно жестоким, что из-за человека, который запретил персоналу пользоваться ароматическими средствами, я должен был страдать пять гребаных часов от собственного зловония.

В последний тридцатиминутный отрезок времени обогреватель умер жестокой смертью. Температура в течение нескольких минут упала до сорока градусов. А я все еще не нашел чертово пальто.

Я продирался сквозь дождь с костяшками цвета молока, чертовски надеясь, что успею до окончания соревнований.

Вывеска арены сверкала под ливнем, как маяк. Тысячи машин заполнили арену из конца в конец.

Не имея шансов найти место, я припарковался в зоне эвакуации прямо у входа, захлопнув за собой дверь.

— Лучше бы она была здесь.

Это было бы просто удачей, если бы меня направили по ложному следу в ужасной игре в телефон. Я узнал местонахождение Фэр у Ромео, который узнал ее местонахождение у Даллас, которая узнала ее местонахождение у Хетти, которая узнала ее местонахождение у Фрэнки, которую я считал столь же надежной, как и метод вытаскивания.

Я запихнул весь бумажник в билетную кассу и, не дожидаясь, ворвался за барьер. Содержимое внутреннего кармана моего костюма билось о мою грудь при каждом шаге.

Мой правый мокасин свалился, когда я несся по коридорам, как бык. У меня не было времени поднять его.

Ребенок бросился мне наперерез. Он уронил свою сладкую вату, заплакав при виде меня.

Я мог только предполагать, как я выгляжу. Щеки покраснели от того, что были заморожены чуть ли не до обморожения. Губы сжаты в четкую линию. Волосы развевались на ветру.

Воистину, Фэрроу выбрала самое неудачное время года, чтобы вылечить меня.

Так чертовски холодно.

Коридор вливался в арену, где тысячи людей ликовали со стадионных мест. Я никогда не найду ее в этой толпе.