Мое темное желание (ЛП)

Да и с ней у меня их не было.

После смерти отца она провела оставшуюся часть моей юности, погрузившись в печаль, пока моя тетя не привела ее в чувство.

Поговорим о дьяволе.

Чжао Ю Тин — американское имя Селеста (но для меня она Селеста Айи) — ворвалась в мой офис, одетая в спортивный костюм Juicy Couture и сумку Gucci, похожая на карикатуру на богатого туриста.

— Я пришла! — На каждом предплечье она держала по три дизайнерских пакета с покупками, а между наманикюренными пальцами был зажат бабл-ти.

Я втянул пальцы в глазницы.

— Тебя никто не приглашал.

Она бросилась ко мне, награждая воздушными поцелуями на расстоянии фута от каждой щеки. Ей лучше было не прикасаться ко мне.

— Приношу свои извинения за то, что пропустила твой маленький праздник, Закари. Ты же знаешь, что я летаю в Сеул на процедуры по уходу за лицом каждое пятнадцатое число месяца.

— Все в порядке.

Я также не пригласил ее на вечеринку.

В основном потому, что Селесте Айи нельзя было доверить кредитную карту, не говоря уже о других людях. Она бы наверняка устроила дипломатический кризис.

— Разве я не сияю? — Она покрутилась на месте и стукнула меня по виску своей Биркин. — Rejuran Healer, инъекции Шанель, коктейль Aquashine и терапия для детского лица. Это единственный способ сохранить мою 22-летнюю кожу. (прим. Rejuran Healer — процедура для полного оздоровления кожи).

У нее не было кожи 22-летней.

Более того, у нее почти не было кожи. Она на 99 % состояла из филлеров.

Я увернулся от ее Birkin, когда она бросилась к диванам, чтобы обнять маму, и столкнулся лицом к лицу с доской Го, которую мне удавалось избегать с момента вечеринки.

Я подготовил идеальный нокаут, чтобы прикончить маленькую осьминожку. Какая же она трусиха, что сбежала от неизбежного поражения.

Селеста Айи прижала мамину голову к груди, заставив ее полуприсесть.

— Мы просто перебирали варианты. — Мама отмахнулась от Селесты, жестом указав на импровизированное агентство знакомств, ранее известное как мой журнальный столик. Они говорили на путунхуа. — Потому что Закари не смог выбрать себе жену на вечере. Не хочешь рассказать нам о своих мыслях?

— Да, конечно. — Айи бросила пакеты с покупками на пол и села на сиденье рядом со старшей сестрой. Она поставила чай на стол и потерла руки. — Наконец-то вы двое стали достаточно умны, чтобы спросить меня о моем мнении.

Технически, это мама попросила.

Я понятия не имел, почему.

Селеста Айи была полной дурой, и я говорю это с таким сочувствием и восхищением, какое только может быть у такого человека, как я.

Она переехала в особняк моего детства через несколько домов по соседству, чтобы помочь вырастить меня, когда отец скончался, и так и не удосужилась съехать после того, как я уехал в колледж.

Семнадцать лет назад.