Согрей моё сердце

Сознание мутнеет, стекаю по клетке, прижимаюсь щекой к прутьям и чувствую шершавый язык Бластера.

– Син, иди сюда! – рявкает похититель в коридор.

К нам возвращается раненый с перевязанным ухом. Они долго ругаются и матерятся. Обходят трупы и возмущаются. Пока один держит меня в поле видимости, второй связывается с подмогой и настраивает гиперпрыжок. Корабль вибрирует и гудит. Несколько долгих секунд основательно прибивает к полу, и транспорт совершает прыжок.

Они опять общаются с невидимыми помощниками. Слегка расслабляются, чувствуя победу. Восстановившись и задав нужный курс автопилоту, первый оставляет со мной раненого и начинает перетаскивать тела в другую каюту.

Я тоже пришла в себя и наблюдаю за нервным. Пока молчу и придумываю план. Пока нет их подмоги, нужно вырваться. С большим количеством наёмников мне вряд ли удастся послать зов помощи или сбежать. Мужчина кружится по помещению и бесится. Тяжело дышит и вообще очень нестабильный.

– С тебя капает, – вяло верчу языком.

– Заткнись! – приказывает он.

– Всегда считала, что наёмники – хладнокровные машины-убийцы. Во всяком случае, один из них точно такой, – продолжаю драконить его. Хочу, чтобы подошёл ближе.

– Я что тебе сказал? – мужчина останавливается и наставляет бластер.

– Не расслышала. Кажется, оглохла, – бормочу улыбаясь.

Он подлетает ближе и, схватив за шею, поднимает до своего уровня. Оплетаю его торс ногами. Мужчина сжимает мою шею до хруста. Почти теряю сознание, почти проваливаюсь в темноту, но выпустив крылья, поднимаю нас. Тяжело. Очень. Но другого шанса не будет. Схватив за ухо, дёргаю вниз и бью по кадыку. Он рычит, воет и выпускает мою шею. Подлетев прямо к потолку, развожу ноги в сторону, перестав удерживать, и он падает. Недолго. Всего три-четыре метра. Но этого хватает.

При приземлении мужчина теряет бластер. Спрыгнув рядом, поднимаю оружие и выстреливаю не глядя. Тело падает громко, слегка оглушив меня. Тяжело, со свистом дышу. Кажется, сейчас отключусь сама. Больше не могу. Хочу домой. На ручки. Ноги не держат, падаю на четвереньки.

В коридоре раздаются быстрые шаги. Кажется, первый услышал выстрел и бежит на помощь. Из последних сил прицеливаюсь к замку клетки и жму на курок. Металл плавится от раскалённой плазмы, а я падаю на бок. Живот крутит ужасно, рёбра ноют, горло болит, да и спина разрывается. Всё-таки крылья не рассчитаны на ещё одного гуманоида.

Смотрю сквозь багряную пелену в просвет. Дышу с надрывом. Сжимаю бластер и жду последнего. Он заходит в помещение и сразу замечает нас со своим напарником. Проклинает меня и, выхватив бластер, снимает с предохранителя.

– Я же сказала, ты умрёшь последним, – шепчу улыбаясь.

Ицар уже выбрался из клетки и тихо крадётся.