Согрей моё сердце

Я злюсь на него, хотя в глубине души признаюсь себе, что тоже бы поступила так. Не бросила бы никого и прошла бы весь путь. Это глупо, знаю.

Пока размышляю об упрямом принце, безопасник раздаёт указания. Троица пострадавших отогревается и пьёт горячительный коктейль из термоса, чтобы согреть внутренности. Хорошо, что они ахернарцы и ледовый кокон аранеи им не причинил сильного вреда. Оставив чужую группу самим решать: продолжать или улетать, мы снова идём вперёд. Я волнуюсь о Проционе и, только чтобы присмотреть за ним, иду рядом. Даже переборов себя, переплетаю с ним пальцы. Чтобы контролировать температуру тела. Вот и всё! Мужчина красноречиво окидывает ироничным взглядом наши сцепленные пальцы.

– Надо было оказаться на грани смерти, чтобы ты опустила колючки, – с сарказмом подмечает он.

– Просто замолчи, Запасной, – фыркаю, закатив глаза.

– Хорошо, мелкая, – хмыкает принц.

Ещё часа три мы идём без остановок. Очень спешим. Местность постепенно меняется. Пройдя ледяную часть, мы попадаем в зелёные заросли. Тут практически нет снега, и Регул, один из ахернарцев, рассказывает, что здесь обитают огненные подвиды. У небольшой речушки мы всё-таки делаем привал, только чтобы перекусить. Сажусь на изогнутый ствол лианы и получаю энергетический батончик.

У прибрежья собираются разные пёстрые птицы с огненными хвостами. На водопой спускаются стада травоядных мутантов. Довольно забавных и необычных. Маленькие зверята, а некоторые очень даже милые. Один из них замечает нас и, отделившись от родителей, смешно семенит. Протягиваю руку, зверёныш утыкается холодным пяточком и издаёт забавный звук.

– Беги к матери, малыш тубан*, – шепчу, поглаживая по голове.

Но детёныш продолжает тянуться за лаской. И совершенно не боится нас. Забавное существо.

Мужчины уже перекусили и, поднявшись, направляются в путь дорогу. А я наглаживаю тут мутантика.

Сбоку среди зарослей раздаются шорохи. Ещё кто-то идёт на водопой. Поворачиваю голову и удивлённо таращусь на рыженькую морду, несущуюся на нас. Малыш тубан взвизгивает и со всех лап уносится к матери. Маленький хищник, решивший поохотиться, преследует детёныша. Взрослые тубаны слышат вопли сородича и, издав трубный клич, нападают на хищника. Поняв, что будет затоптан, дикий кот разворачивается и тут же прыгает в мои руки. Машинально прижимаю шерстяного к груди и пячусь.

– Выбрось его! – орут мужчины, а стадо тубанов, испугавшись окриков, разбегаются в рассыпную.

– Ну и чего вы орёте? – ворчу, повернувшись к напуганным мужчинам. – Всего лишь детёныш дикого кота.

Кот, к слову, с густой мягкой шерстью и длинным раздвоенным хвостиком. Да и непонятные бугорки, покрытые цыплячьим пухом, на спине торчат. Он жмётся теснее и немного дрожит.