Мое сердце

Неужели Робин действительно влюбился в Эйнджел? И что об этом подумает сама Эйнджел, когда Велвет скажет ей? Нет, она не должна ничего говорить ей! Что, если Эйнджел не полюбит Робина по-настоящему, а только позарится на его несметные богатства? Мама всегда говорила, что замуж надо выходить исключительно по любви. Надо молчать, выжидать и внимательно наблюдать за тем, как Эйнджел отнесется к ухаживаниям Робина.

Внезапно Велвет почувствовала себя очень усталой и поняла, что уже почти рассвело. Она должна прибыть ко двору сегодня к вечеру. Надо отдохнуть хотя бы немного. Нехорошо, если она будет засыпать на ходу в присутствии королевы.

— Иди спать, Велвет, — сказал Робин, как бы прочитав ее мысли. — Я помню, что это значит — быть при дворе на службе у королевы.

Велвет сделала реверанс брату и Алексу и медленно вышла из библиотеки.

Как только за ней закрылась дверь, Алекс взглянул на своего друга.

— Когда Велвет в следующий раз приедет в Линмут-Хаус, Робин?

— Я собираюсь завтра, перед тем как она вернется к своим обязанностям, сказать ей, что она может пользоваться моим домом, как своим собственным, все то время, пока живет в Лондоне. Мать тоже хотела бы, чтобы так было, я уверен, — ответил Робин.

— Как ты думаешь, когда у нее будет следующий свободный день?

— Нам следует стать придворными, мой друг, если ты собираешься ухаживать за моей сестрой и если я намерен оказывать знаки внимания госпоже Кристман.

Фрейлинам приходится туго, ибо королева очень пунктуальна в распорядке дня. Я хорошо знаю двор, ведь я сам был у нее пажом.

— Господи Боже, не могу даже помыслить оказаться при дворе Елизаветы Тюдор. Из меня получится никудышный придворный, — покачал головой Алекс.

— Пока ты честен с королевой; Алекс, и занят Велвет, тебе незачем играть в придворные игры. Хотя я заметил, что несколько дам весьма благосклонны к тебе.

Алекс тихонько рассмеялся.

— Должен сказать, не имел таких многообещающих предложений со времен нашего пребывания в Париже, Робин. Я даже, у дивился, как столь добродетельная королева терпит вопиющую безнравственность вокруг себя.

— Она терпит ее до тех пор, пока все шито-крыто. Но стоит связи выплыть наружу — и начнется такое, что всем чертям станет жарко, можешь быть уверен. Шотландец кивнул, сказав:

— Ладно, я тоже пошел спать.

Он встал и потянулся.

— Тебе должны присниться приятные сны, — поддел его Робин, — или ты ничего не добился за сегодняшний вечер с моей сестрой?

Алекс улыбнулся в ответ:

— Джентльмен, даже такой грубый и неотесанный шотландец, как я, никогда не рассказывает о своих победах на каждом углу, Робин.

И прежде чем лорд Саутвуд смог развить эту тему, лорд Гордон вышел.

Робин улыбнулся, подумав, что бывали времена, когда Алекс Гордон похвалялся на каждом углу.