Мое сердце

 — Титул должен в один прекрасный день перейти к Велвет безо всяких условий, так как у нас нет сыновей и нет надежд на их появление. Я также рассчитываю на определенную долю от всех доходов, которые последуют из моих усилий.

— Согласна, — ответила королева, и ее улыбка была преисполнена восхищения.

— И какова же будет эта доля? — поинтересовался Уильям Сесил, всегда помнящий об интересах своей властительницы.

— Мы с Робби представим свои соображения, милорд, — вступил в разговор Адам де Мариско. — Королева получит, как всегда, львиную долю. Смею надеяться, вы никогда не находите ошибок в наших отчетах.

— Тогда можно считать все улаженным, — явно довольная, сказала королева. — Налейте нам вина, Сесил, давайте отпразднуем это событие. Да, еще одно. Это путешествие абсолютно секретное. Если шпионы Филиппа почуют, откуда дует , ветер, ваши шансы на успех будут сведены к минимуму.

— О да, — согласилась Скай, принимая предложенный ей кубок.

Четверо собравшихся в будуаре Елизаветы Тюдор выпили за успех планируемой экспедиции, а затем, с благосклонного разрешения королевы, лорд и леди де Мариско покинули ее величество.

— Их шансы на успех не очень велики, — заметил Уильям Сесил, когда гости королевы удалились. — Даже если они смогут покинуть Англию, не возбудив подозрений Испании, их ждет долгий путь в Индию, а по прибытии на место необходимо обмануть португальцев, чтобы добраться к Великому Моголу Акбару.

— Я знаю, — отвечала Елизавета, — но искренне верю, что все наши надежды могут быть связаны только со Скай О'Малли. О, душа моя, что бы я делала все эти годы без вас!

— Очень многие рады служить вам, ваше величество, — пролепетал лорд Берли, несомненно тронутый ее добротой. А то, что она по отношению к нему употребила давно придуманное ею самой ласковое обращение, еще больше согревало его.

— Никто, кроме вас, Уильям. Никто… Другие назвали бы меня сумасшедшей за то, что я решила призвать Скай О'Малли после всех этих лет. Как давно я выслала ее в Королевский Молверн? Без малого одиннадцать лет прошло, Уильям. И за все эти годы я ни разу не видела ее. О тело Господне! — Она скорчила гримасу. — Эта женщина внешне почти не изменилась. Хотя уже давно бабушка, и не один раз! Должно быть ей на пользу жизнь в деревне и выездка лошадей, душа моя. И все же я заметила блеск в ее глазах. Она рада возможности еще раз выйти в море. О да, она очень рада, — рассмеялась королева.

Она смеялась бы еще больше, если бы узнала, что ее мысли полностью совпадают с мнением Адама де Мариско, мужа Скай.

Королевская яхта доставила Скай и Адама вверх по реке в их лондонский дом, Гринвуд. Весь путь они проделали в молчании, так как прекрасно знали, что королевский шкипер, как и все слуги, не был чужд сплетен.