Мое сердце

— Аминь! — выдохнула Эйнджел без особой почтительности, а когда Бесс с упреком взглянула на нее, как само собой разумеющееся объяснила:

— Да, я боялась, что ты не разрешишь нам взять их, Бесс. Тебе-то хорошо, тебе помогает семья, но, находясь под опекой королевы, особого богатства не заимеешь.

Бесс Трокмортон покачала головой:

— Нет, Эйнджел, будь я богатой, я давно была бы замужем, но мой братец спустил все мое приданое в каком-то сомнительном предприятии. Я не в лучшем положении, чем ты, несмотря на все свое высокое происхождение.

— Тогда возблагодарим Господа за то, что существует королевский двор, который худо-бедно, но все-таки дает приют, кормит и одевает нас, бедных церковных мышек из благородных семейств, — рассмеялась Эйнджел, вновь приходя в хорошее расположение духа.

Госпожа де Мариско очень скоро обнаружила, что, хотя она и могла считать себя принцессой, живя в Королевском Молверне, при дворе она оказалась на гораздо низшей ступени в табели о рангах. Среди всех этих благородных леди и дам еще более высокого происхождения наследница Ланди, как ее здесь звали, конечно, была мелкой рыбешкой. Однако те, кто познакомился с ней поближе, относились к ней очень хорошо, благо Велвет была молода, начитанна, умела быть интересной собеседницей и, хотя и была своенравной, никогда не опускалась до грубости.

Поскольку Велвет была новенькой, да еще и самой молодой среди фрейлин, обязанности ее пока были простейшие. Она следила, чтобы разноцветные шелковые нитки в рабочей корзинке королевы всегда содержались в образцовом порядке: не перепутывались, чтобы на них не было узелков и чтобы они лежали в соответствии с цветами радуги. Ей надлежало также присматривать за тем, чтобы у королевы всегда был полный набор игл, а ее ножницы наточены. Когда Елизавете Тюдор приходило в голову потрудиться над гобеленом или повышивать, ее рабочая корзинка должна была быть немедленно доставлена ей наследницей Ланди, отвечавшей теперь за это, как когда-то за это же, будучи при дворе, отвечала ее тетя Эйден.

Жизнь при дворе совсем не походила на размеренное существование в Королевском Молверне. Велвет была очень признательна Бесс и Эйнджел за их дружбу. Без них она бы чувствовала себя совсем одинокой, ибо другие фрейлины были настроены совсем не так дружелюбно. Некоторые из них были с громкими именами и без гроша в кармане, другие — из богатых и влиятельных семейств, но все они не шли ни в какое сравнение с Велвет по красоте, и все ей завидовали.

Одна высокородная девица как-то презрительно заметила:

— Крестниц у королевы что-то уж слишком много развелось.

— И большинство гроша ломаного не стоят, — вставила другая.