Мое проклятие

 — Ты ведь не хочешь, чтобы Крэаз узнал об этой твоей особенности?

Хочу ли? Да я сама в ней еще не разобралась.

Сирра, нара, жрица, землянка. Это даже не два в одном — гораздо хуже. Могу ли я все-таки иметь детей? От кого? От нара? От саэра? Если Саварду суждено стать счастливым отцом, обрадует ли его такая радужная перспектива или приведет в ярость? Нужны ли сиятельному отпрыски неизвестного социального статуса, когда у него есть Фиса? Кстати, я ведь так и не узнала, почему именно ее выбрали в жены. Вдруг здесь тоже какая-то хитрость таится? В этом перевернутом с ног на голову мире все возможно. Тогда моя «особенность» уж точно помешает. Может, Савард станет настаивать на ее устранении?

— Нет, — ответила твердо. — Пока не хочу.

Кариффа ушла на поиски Гарарда, а я спустилась в сад, молясь, чтобы Крэаза там не было. Хотелось решить все вопросы до его появления. Не знаю, кто там из богов сегодня дежурил, но мои молитвы, кажется, услышали: кроме служанок, во дворике никого не было. Но не успела я облегченно вздохнуть и приступить к завтраку, как вернулась наставница. Запыхавшаяся и чем-то озабоченная.

— Господин велел сегодня его не ждать, — бросила она, едва увидев меня.

Словно тонкая, острая иголочка впилась на секунду в сердце — и тут же отпустила.

— Сиятельный саэр прибудет завтра, — каким-то деревянным голосом продолжила между тем старуха. — В сопровождении своей невесты, сирры Альфиисы, и ее отца, саэра Ритана, главы рода Эктар.

* * *Стены помещения, в центре которого мягко пульсировала темнотой пентаграмма переноса, сияли ослепительным золотисто-желтым светом, отчего зал — огромный, величественный, но казавшийся обычно сумрачно-неприветливым — словно приосанился, приобрел парадный, официально-торжественный вид. Сразу видно, в доме праздник. Господин с невестой прибывать изволят. Ну а домочадцы, как и положено, терпеливо ждут.

Встречающие уже минут пятнадцать маялись напротив портального перехода. Впереди мы с Кариффой как единственные высокородные сирры, причем наставница на полшага позади, за моим плечом. Дальше мои новые телохранители, Гарден и Идар, как всегда сурово-отрешенные и собранные. За ними многочисленные слуги, строго в соответствии со званием, положением, занимаемой должностью. Где-то там, в середине этой молчаливой группы затерялись и Юнна с Идой.

Пентаграмма запульсировала чаще. За спиной словно прошла рябь — народ заволновался, задвигался. Не хватало только истошного вопля какой-нибудь заполошной девицы: «Едут! Едут!», чтобы все начали метаться, как оглашенные, сбивая друг друга.

Кариффа не могла видеть мимолетной улыбки, мелькнувшей на моем лице при воспоминании о старом фильме, но явно что-то почувствовала. Наклонилась к уху.