Мое проклятие

Наверняка ведь была в курсе. И не сказала, в очередной раз подставив меня. Чертова старуха, как же она надоела вместе со всеми своими тайнами!

А потом пришло спокойствие.

ГЛАВА 11

Нежный, чуть слышный перезвон колокольчиков…

Далекий призрачный смех…

И безмятежность, мягко опустившись, окутала легким ласковым покрывалом."

"Захотелось улыбнуться. Чему? Сама не знала. Тому, что жила. Что чувствовала дыхание ветра, кружащего вокруг в беспокойном танце. Что не одинока. Откуда-то пришло вдруг осознание — я не одна в этом мире. Поддержат, наставят, помогут. Трепетное ликование наполнило на миг все мое существо.

Отвернулась, глядя на водопад. Всего лишь живописные руины? Ну-ну… Не все так просто и очевидно, как утверждал сиятельный. Уверена, магия храма, какой бы она ни была, не исчезла до конца. Просто затаилась, выжидая. Покой, умиротворение, силы жить дальше. Кажется, за этим шли сюда бесчисленные толпы паломников? Именно так. И сейчас само Сердце Дня, почувствовав мои эмоции, отозвалось. Коснулось уязвленной досадой и негодованием души, утешая, усмиряя.

Поколебавшись, решила, пока не растаяло внезапно обретенное самообладание, задать вопрос. Действительно важный.

— Почему вы рассказали мне?

В самом деле, почему? Если все сведения настолько конфиденциальны и доступны лишь советнику с императором, то чем конкретно для меня может обернуться подобная откровенность? Что ничем хорошим — понятно заранее.

— Ты знала, что связана кровью с исчадиями Проклятой?

Исчадия… Лихо он бедняжек припечатал!

— Нет.

Хмурое, затвердевшее лицо, крепко сжатые губы, недоверчивая глубина серых пасмурных глаз.

Вздохнула и еще раз повторила. Четко. Твердо.

— Нет! Я даже не представляла, что такие женщины вообще существуют. Известно ведь, что жриц истребили. Всех до единой.

Несколько мгновений Савард буквально прожигал меня взглядом. Потом что-то в нем неуловимо изменилось, словно отступила нависшая над мужчиной мрачная тень, унося с собой огромное напряжение, в котором он пребывал последние минуты. Упрямые губы тронула невеселая улыбка.

— Когда наши предшественники осознали, какой властью над ними могут обладать жрицы, правитель отдал приказ об их уничтожении. Отыскать каждую и стереть с лица Эргора. — Вот это-то как раз понятно: нет человека — нет зависимости, и мучиться не надо. — Но для некоторых саэров к тому моменту все зашло уже слишком далеко. Их тела, сердца, души были отравлены, а преданность больше не принадлежала Ирну. Они посмели оспаривать решение своего императора. Прятали женщин, скрывали под чужими именами, нарекая названными дочерями или воспитанницами младших ветвей бедных, незаметных родов. Только зря надеялись избежать гнева Ирна.