Мое проклятие

Мэтр Гарард, надеюсь, у вас есть какое-то средство, чтобы сирра Кателлина могла почувствовать себя прежней? Хотя бы ненадолго."

"Слава всем богам, старуха поняла меня правильно.

Целитель чуть заметно улыбнулся.

— Как не быть? Только ведь частое употребление стимулятора крайне опасно для здоровья, поэтому и назначается он чрезвычайно редко… — Мэтр помялся под требовательным взором собеседницы, но все же сдался: — Ну разве что в подобных особых случаях, когда надо соответствовать, так сказать… — Он отвел глаза и запнулся, не договорив до конца.

Странно, немолодой ведь мужчина, а смущается, как юнец. Интересно, много в его жизни женщин было?

Вот о чем я сейчас думаю? Тоже мне, нашла подходящее время, место и самую актуальную из всех тему для размышлений!

Высокомерно вскинув голову, Кариффа заверила, что все понимает, а так как наида дома Крэаз находится на ее попечении, лично проследит, чтобы снадобье принималось только в самых крайних случаях. Целитель уныло вздохнул, кивнул, и я получила от него еще одно зелье в добавление к уже имеющимся.

Дождалась, пока Гарард раскланяется и торопливо выйдет, оставив нас с Кариффой наедине. Повертела в руках вытребованный старухой флакончик, размышляя, куда бы пристроить его содержимое, ничего лучше цветочного горшка не нашла и решительно скормила, вернее — споила ближайшему растению очередное чудо-средство. А потом повернулась к наставнице, предчувствуя ее неизбежные вопросы. Которые, собственно, и последовали незамедлительно.

О какой прогулке идет речь? — Не имею ни малейшего представления. — Понимаю ли я, насколько это поразительно, неслыханно? Что обычно саэры так никогда не поступают? — Откуда бы мне знать? — О чем конкретно говорил Савард? — Обещал показать какое-то место, уверял, что мне там понравится. Все.

Отбившись от старухи, переоделась в предложенное Нидой удобное легкое платье — так и хотелось назвать его дорожным, позволила девушке быстро уложить волосы в простую незатейливую прическу и пошла к двери, за которой уже ждали Динс с Ниором. Наставница перехватила меня у самого выхода.

— Не знаю, как вы будете добираться и куда отправитесь, поэтому хочу предупредить, старайся сдерживаться, никак не выказывать удивления. Вспомни все, что видела в сферах о мире, запомнила на уроках о сиятельных Крэазах. Ни на мгновение не забывай: сирре Кателлине, воспитаннице рода Эктар, о жизни первого сословия известно не понаслышке.

Сердце быстро и гулко билось в груди. В душе соединились, бестолково смешиваясь, совершенно противоречивые эмоции: трепетное предвкушение, нетерпеливое ожидание и затаенный инстинктивный страх, замешенный на чувстве самосохранения, настойчиво вопящем об опасности. Но все заслонял, как ни странно, азарт.