Мое падение

И ничего сексуальнее я в жизни не видела. Дан ускоряет темп. Слишком быстро для меня. Неистово кричу, срываю горло, из глаз брызжут слезы от переполняющих меня нереальных эмоций. Я уже бьюсь в агонии от нарастающей второй волны крышесносного оргазма. Кричу его имя. Сокращаюсь. Замираю в немом крике. Кончаю. Долго. Не могу остановить судороги, сотрясающего меня экстаза. Мне кажется, я на мгновение умерла и возродилась снова.

— Да, Дюймивочка. Да, вот так, моя хорошая. Умница, — осипшим голосом говорит он, замирает, немного вздрагивает, и с рычанием изливается во мне горячей волной. Смотрю в его глаза и вижу там, на дне, себя. В груди что-то взрывается, сжигая все мои внутренности. И этот пожар пугает меня. Потому что это такое неизведанное и непонятное для меня чувство.

Дан каменеет, застывает. Медленно отпускает мои бедра, опирается о комод, как будто теряет равновесие. Смотрит в глаза долго, плавя меня своим стальным взглядом, пригвождая к месту, не давая пошевелиться. Глубоко дышит, жадно заглатывая воздух. Меня начинает пугать его взгляд, потому что я не могу понять, что таится в его стальных глазах. Он неожиданно резко и грубо хватает меня за скулы. Притягивает очень близко к себе. Дышит в губы.

— Кто ты такая! — буквально кричит, с пугающей злостью и яростью. — Откуда ты свалилась на мою голову! Что ты хочешь от меня! — я парализована. Не могу понять смысл его слов. Не могу вымолвить ни слова, немею. — Я не могу! Понимаешь?! Не. МОГУ! И не ХОЧУ, — я слышу в его голосе столько боли. Но отчаянно не могу понять, что происходит. Растерянно моргаю, не понимая, что он хочет до меня донести. Дан так же резко и неожиданно отпускает меня. Размахивается, и со в сей силы бьет в стену возле моей головы.

— СУКА! — кричит он, заставляя, содрогаться от испуга и непонимания произошедшего. Но мне уже не страшно. Я слышу в этом крике и ярости какую-то мольбу и боль. Дан зажмуривает глаза, трясет головой. Открывает глаза. И… Спектакль продолжается. Маска одета. Его лицо непроницаемо. Он быстро от меня отстраняется. Натягивает брюки, застегивает ремень, не смотря на меня. Поднимает с пола разорванную мной рубашку, накидывает ее сверху. Разворачивается и быстро, торопливо удаляется, оставляя меня неподвижно сидящей на комоде.

Проходит минут пять, может больше, теряю счет времени. Прихожу в себя, сползаю с комода. Снимаю надоевшие босоножки, медленно иду в спальню, надеваю комбинацию. В голове крутится все произошедшее. Что это вообще было? Это все какое-то безумие. Я не сожалею. Разве можно сожалеть, когда тебе было настолько хорошо в этом безумии? Но мне становится как-то тошно от самой себя. Мой мозг, наконец, начинает работать, мыслить рационально. Час назад он имел другую, и сразу же меня. Почти одновременно.