Мое личное (не) счастье

— Ну если я устала, что помирать здесь теперь?"

"— Однозначно нет. Рано еще. Ладно, говори, что ты сейчас хочешь, этим и займемся. Я понял, что ты хочешь на ручки и не топать своими ножками, это можно решить прямо сейчас. Как раз и начнешь делать мне горб, все по плану. А что еще?

— Тебе что весь список предоставить?

— Да, огласите весь список, пожалуйста. Можешь не стесняться.

— Если я скажу тебе, что я хочу на самом деле, то боюсь этим лесом все и закончится. И горб тебе не успею сделать.

— Не порядок, горб нужен обязательно, — не сдерживая улыбки констатирует Самарский. Красивый зараза. Какой же он красивый… И глаза эти надо бы обязательно клонировать. А лучше такого же красивого сынулю родить. Ой блин, дура, размечталась. Тут до сынули как рукой до неба. — Ну так что? Говори, что душа просит.

— Душа желает ПМС.

— Ммм… чего его желать-то? Я тебе и так позволю дурить и истерить вне этих дней.

— Круглогодичный ПМС от дяди Олега?

— Точно.

— Не раскидывайся такими предложениями, я ведь могу и согласиться. К тому же, я совсем про другое. Я хочу ПМС. «П» — писать, «М» — мороженое, «С» — снять эту дурацкую шапку и расчесать к чертовой бабушке кожу на голове, — неужели я произнесла слово «писать» в его присутствии? Эх, на глазах взрослею. Усмехаюсь в голос, смотря на несколько растерянного Самарского.

— Да уж, ну и фантазия. В любом случае не вижу проблем. Первое осуществить легче простого. За мороженым поедем как вернемся домой, со снятием шапки тоже до дома повременим. Ты сейчас разгоряченная, еще заболеешь. Пойдем, — берет меня за руку и оглядывается по сторонам.

— Куда?

— Писать.

— Дурак что ли?! — одергиваю руку и отхожу в сторону. — Я не буду это делать при тебе.

— Что за глупости, — вновь берет меня за руку. — Мы только куст подходящий найдем, скрывающий твое попочное счастье.

— Попочное счастье?!

— Ну хочешь я скажу задница. Короче суть от этого не меняется. Вик, ну чего ты как маленькая, что здесь такого? Не буду я на тебя смотреть. Спустила джинсы, сделала это нелегкое журчащее дело, быстренько натянула штаны обратно, чтобы не застудить жизненно-важные части тела и все. Давай, — подталкивает меня Олег к кусту, а сам отходит на значительное расстояние. — Я не смотрю.

Еще бы ты смотрел, убила бы сразу. Нехотя подошла к заснеженному кустику, еще раз огляделась по сторонам, расстегнула пуговицу и присев на корточки, приспустила штаны. Пожурчать мне не дал мой цепкий взгляд, устремившийся под ноги. Вскочила я как угорелая с диким воплем, наспех натянув трусы вместе со штанами обратно. Поскользнулась на своих двух, но все же попала в цепкие руки Самарского.

— Что случилось?!

— Там чей-то палец!

— Какой палец?

— Не знаю какой, я не рассматривала. Толстый длинный розовый палец.