Мое личное (не) счастье

Водишь ты по-прежнему хреново, а тут слишком много белок, пожалей хвостатых пушистиков.

— Ну, Олег!

— Я сказал быть дома. Точка, — целую ее в нос, и подмигивая выхожу из дома.

Сел за руль и уже через десять минут был в ресторане. Островского замечаю сразу за дальним столиком в углу. Как и ожидалось, с бокалом в руках. Подхожу к столику и становлюсь напротив.

— Давай ты напьешься после, а не до разговора.

— Что-то ты быстрее, чем надо.

— Считай, что я волшебник, — присаживаюсь и наливаю себе виски. В мои планы совершенно не входит пить вместе с Максом. Наливаю скорее по инерции и от банального незнания, как правильно начать разговор.

— Как давно ты спишь с Викой? — с ходу бросает Островский.

— Почему ты такой твердолобый, Максим?

— Ответь на вопрос или это так сложно, бл*дь?! — громче, чем надо произносит Макс, обращая на себя внимание.

— Пойдем все-таки выйдем на улицу, ты сейчас всех людей распугаешь.

— Я специально сел сюда, чтобы тебя на хрен не убить.

— И все же, давай выйдем на улицу, — встаю из-за стола, беру бутылку и иду к выходу.

Не оглядываюсь назад, знаю, что Максим пойдем за мной. Отхожу немного в сторону от ресторана, ставлю бутылку на землю и облокачиваюсь на дерево.

— Сейчас не лучшее время для пикничков, — констатирует Островский, убирая руки в карманы брюк.

— Я никогда не был многословен и сейчас не буду. Мы взрослые люди и оправдываться я не хочу. У тебя есть своя жена и я тебе в душу не лезу, и ты будь так добр тоже. Я не могу сказать тебе, когда начались наши отношения, потому что это сложно объяснить.

— У тебя память отшибло? — берет бутылку и пьет из горла.

— Ну если тебе так проще, то полтора года, чуть раньше, чем вы сошлись с Наташей.

— Полтора года. Полтора! — хватается за голову и демонстративно выдыхает.

— Ты не представляешь сколько раз я мечтал, чтобы ты нас поймал, — не сдерживая смеха произношу я, закуривая сигарету. — Сотни. Нет, тысячи раз. Не поверишь, но Вика оказалась жестким манипулятором. Ее страх перед тем, что ты о нас узнаешь, перекрывал все вокруг. Она три раза уходила от меня, только потому что я хотел рассказать тебе правду. В конце концов, я смирился с этой дурью. В свое оправдание скажу, что намекал тебе сотни раз, — затягиваюсь сигаретой. — Знаю, о чем ты сейчас думаешь, но я не знал о том, что тогда произошло. И да, так или иначе в этом есть доля моей вины. Мне с этим до конца жизни жить, вот поэтому я и уступаю ей лишний раз в ее глупых просьбах. Понимаю, что тебе как брату хочется мне врезать и не один раз, сделай это еще раз, если полегчает. Я не хочу и не буду вдаваться в тонкости наших отношений, пойми, что я не трахаю твою сестру, я люблю ее. Просто прими этот факт.

— Любишь? — не осознавая моих слов, ошарашенно произносит Максим.