Мое личное (не) счастье

А ты, Мишуля, закругляйся с травой, в прямом смысле этого слова и показывай нам свои хоромы хоромные, а Викуля начнет тебя откармливать.

— Ну, я только этому рад.

— Мишенька, а ты случайно не знаешь, тут в лесу рядом, уже есть сыроежки?

— Местные говорят есть. Ты хочешь накормить меня грибами?

— Нет, мне нужны сыроежки, чтобы сделать одну процедуру Олежке. Да, дорогой? — подходит ко мне Вика и самым настоящим образом щипает за задницу.

— Нет, Викуля, думаю я обойдусь без этой процедуры. Ну раз ты вызвалась накормить моего брата, иди готовь уже, дорогая, а мы парочкой слов перекинемся с Мишей.

— Я постараюсь всех накормить.

***

Ни разговор с братом, ни последующие посиделки за общим столом, меня не обрадовали. А если быть точнее, мне просто не к чему было придраться. У Миши было все идеально, как я ни старался найти за ним любую, хоть самую маленькую оплошность-не смог. До сих пор не верится, что за какие-то два месяца этот городской выскочка привык, по сути, к деревенской жизни. Работает без нареканий и даже в доме почти чисто. Да уж, похоже я скоро начну себя ненавидеть за свои мысли, но в глубине души я хочу, чтобы Миша напортачил. Вот тебе и раз, мне пора к дяде Фрейду обратиться.

— Ну чего ты такой хмурый? Смотри какая природа и озеро красивое. Улыбнись, Самарский, — садясь на покрывало, весело произносит Вика. — Иди ко мне.

Сажусь рядом с Викой и наконец понимаю, что больше всего меня раздражает не отсутствие оплошностей Миши, а Викина непонятная радость.

— Это не я хмурый, это ты слишком веселая, не пойми от чего. Что-то ты так дома не радовалась.

— А дома нас застукать могут. А здесь мы свободны. Ну разве что Мишка, но он точно не скажет. У него же все на лице написано, вон смотри, как радуется человек. Хорошо, кстати, плывет, да?

— Нормально, — Вика резко вскакивает с покрывала и начинает снимать с себя одежду, оставаясь в итоге в раздельном купальнике.

— Пойдем поплаваем."

"— Нет, иди сюда, — хватаю ее за руку и вновь тяну к себе. Вика плюхается рядом, хмуро на меня поглядывая. — Мне все это надоело. Четыре месяца достаточный срок для того, чтобы рассказать все Максу. Мне через несколько дней тридцать четыре года, ты думаешь я и дальше буду как дебил прятаться? Тебе самой не надоело шкафы мои протирать?

— Нет, не надоело. Все должно остаться так.

— Нет. Ты что реально не понимаешь, что Макс хоть и психанутый малость, но не дебил, со временем он все поймет. Перебесится и поймет, — секунду и вместо улыбчивой Вики передо мной предстала совсем другая девушка.

— Я не буду больше повторять. Или все остается так, как есть, или ищи себе другую. Я хочу купаться, — вскакивает с места и быстрым шагом идет к воде, а потом так же резко останавливается. — И да, Самарский, не хитри.