Топ-модель 2. Я хочу развод

Словно именно в эту ночь у меня случились все овуляции разом, и организм, как у дворовой суки, требует близости.

Я зажмуриваюсь и дрожу. Как же сильно. В сто раз сильнее. В тысячу, наверное.

Кусаю губы, вспомнив, как на секунду стало приятно от ласк графа. Как я расслабилась и рассмеялась, а потом появился блок. Не то. Не тот запах, не те руки, не те касания. Огляделась в поисках мужа, не обнаружила его, и давать бежать!

Я оттолкнула графа. Он повторял что-то, звал, обещал. Клялся, что будет улет.

А я драпала! Из-за новой порции стыда и страха. И еще из-за осознания, которое в очередной раз перевернуло мир.

Оказывается, трину можно противиться.

Всхлипываю, а потом горько рыдаю. Я думала, что не виновата, что в ночь на яхте меня опоили и подставили. Только что я ушла из дома, полного шикарный мужчин, о которых мечтают сотни тысяч женщин по всему миру. Граф звал в бассейн, в джакузи, в свой номер… Сейчас я еду с не менее шикарным Дмитрием, понимая, что ни за что.

Вспоминаю, как распахнула дверь каюты и увидела Максима. Как бросилась к нему. И снова плачу. Это был выбор. Мой выбор провести с ним ночь. Не трина, а мой!

С первого взгляда ему всё: тело, душу, любовь. Качаю головой. Я одновременно злюсь на себя, что не захотела тогда сдержаться, что связала его беременностью, разрушила крепкую пару, и радуюсь, что меня не использовали, что сама управляю своей жизнью. И выходит, что всегда управляла.

Дмитрий уточняет, не нужно ли мне чего-то, я пошло отшучиваюсь на тему, чего бы мне и правда хотелось, и он грубо по-солдатски хохочет. Провожает до номера, быстро его исследует на предмет нахождения фанатов, маньяков или еще кого нежелательного. После чего оставляет одну.

Я же следую совету — набираю горячую ванну, добавляю соль и забираюсь в воду. Закрываю глаза.

Вспоминаю Максима, сидящим на корточках в коридоре. Как будто ощущаю его боль, потребность, желание.

Я люблю тебя. Я люблю тебя.

Сжимаю ноги, шепчу его имя и запрокидываю голову, застонав от вспышки удовольствия.

Придя в себя, вдруг думаю о том, мог ли Макс сопротивляться? Он ведь был уже под трином, когда к нему отправили ту проплаченную стриптизершу. Он ее выставил и пошел искать меня.

А потом я вдруг вспоминаю, как сорвала браслет с его руки — тот меня поцарапал, и я разозлилась. Максим тогда рассмеялся и накинулся с новым поцелуем.

Кожа покрывается мурашками. Ему нужно было отключить голову, он слишком много думал и тогда и сейчас.