Магистр дьявольского культа (Mo Dao Zu Shi)

Лань Ван Цзи убрал руку. Вэй У Сянь пару раз цыкнул, а затем постепенно отодрал от ожога лекарственные растения, прилипшие к его коже, и вновь приложил их к ноге Лань Ван Цзи: «Не стесняйся! Я часто ранюсь, но все равно продолжаю плавать в Озере Лотоса, как обычно, так что давно уже привык к подобному. К тому же, мешочек совсем маленький, и там наверняка не так много трав. Думаю, трем дырам в твоей ноге они нужнее… Ай!»

Лань Ван Цзи помрачнел и, помолчав, сказал: «В следующий раз не веди себя столь безрассудно, если знаешь, что в итоге будет больно».

Вэй У Сянь ответил: «Но что мне еще оставалось делать? Я и сам не впадаю в восторг, когда меня прижигают раскаленным железом. Но кто же знал, что Ван Лин Цзяо такая бесчеловечная, что готова ставить людям клеймо прямо на глазах. А Мянь-Мянь ведь девушка, притом симпатичная. Она бы могла ослепнуть или получить шрам на лицо на всю оставшуюся жизнь. Это же ужасно».

Лань Ван Цзи бесцветным голосом сказал: «Но теперь шрам на всю оставшуюся жизнь будет на твоем теле».

Вэй У Сянь возразил: «Это другое дело. Во-первых, он не на лице. А во-вторых, я мужчина, так чего же мне бояться? Разве может мужчина в своей жизни обойтись без пары увечий и шрамов?»

Сидя на корточках обнаженным по пояс, он подобрал с земли ветку и пошевелил угли в затухающем костре: «К тому же, если посмотреть на это с другой стороны, то пусть шрам и останется со мной до конца моих дней, все же он означает, что в свое время я защитил девушку. А девушка наверняка навсегда запомнит меня. Она не сможет забыть меня до конца своих дней. Так что, если подумать, то на самом деле…»

Лань Ван Цзи внезапно изо всех сил толкнул его: «Так значит, ты тоже понимаешь, что она не сможет забыть тебя до конца своих дней!!!»

Он попал прямо по ране на груди Вэй У Сяня. Прикрывая ожог, тот упал на спину: «Лань Чжань!..»

Лежа на земле в холодном поту от боли, Вэй У Сянь приподнял голову и простонал: «Лань Чжань, ты… Да что я тебе сделал-то?!.. С такой же яростью ты мог бы мстить за убийство собственного отца!»

Услышав его слова, Лань Ван Цзи сжал руки в кулаки."

"Но мгновение спустя он разжал их и, похоже, собрался помочь Вэй У Сяню подняться. Однако тот сел самостоятельно и потихоньку отполз от него: «Хорошо, хорошо! Я знаю, что ты терпеть меня не можешь, поэтому отсяду подальше. Не подходи сюда! И не толкайся больше, мне очень больно».

Рана находилась на левой стороне груди, поэтому начинала ныть каждый раз, когда он поднимал руку. Вэй У Сянь откатился в сторону, подобрал белые одежды, порванные на лоскуты, и правой рукой перекинул их Лань Ван Цзи: «Перевяжи рану сам. Я не буду приближаться к тебе».

Затем он подвинул к костру свои одежды, чтобы высушить их от воды.

Прошло некоторое время, но никто из них так и не подал голоса.