Дыши мной

Воздух вдруг сгустился, потяжелел и прилип к коже плотной ватой.

Но вот Джемма будто немного сдулась и повернулась к нему.

Очередной взгляд-металлик врезался в его лицо. Это явно генетическое. Если бы не разминка, которую устроила только что маленькая Зайка, можно было бы вздрогнуть, а так он просто развёл руками.

— Она всего лишь смотрела, как я работаю. Не драматизируй.

Зайка промолчала. Медленно сдвинулась с места, привалилась бедром к столу и… свесила голову, как болванчик, а светлые пряди завесили лицо. По кабинету прокатился её вздох, напряженные плечи опустились, а ладонь уперлась в столешницу. Другой ладонью она сильно потерла лоб. Это ведь капитуляция! Вот так легко?

— Не хочу, чтобы она путалась у тебя под ногами, — устало выдохнула Джемма, уронила руку и подняла голову.

Иэн стянул со стола перо от планшета и прокрутил в пальцах.

— И только? — прищурился он.

Она не собирается снова надрать ему зад? Намекнуть, что он долбаный маньяк?

— Должно быть что-то ещё? — недоуменно проговорила Зайка и сдвинула брови.

— А дело не в том, что я могу унизить шестилетнего ребенка?

Её глаза расширились, она удивленно уставилась на него.

— Ты… — выронила она, но тут же захлопнула рот.

Забыла? Фантастический склероз! Она сцепила пальцы в замок, прикусила губу и присела на край стола. Талия и бедро при этом плавно изогнулось.

Чёрт. Джемма и стол. Стол и Джемма.

Иэн не попытался отвести взгляд. Обойдется. Над столом повисло тягучее молчание.

— Ладно, прости, — вдруг выпалила Зайка и как-то хлопнула себя по коленям. — Я не должна была так говорить. Просто вырвалось.

Ах так…

— Нет, не вырвалось, — Иэн изломил губы в кривой ухмылке. — Такое не может просто вырваться.

— Ты взбесил меня, Ройс, — припечатала она. — И я по-прежнему буду защищать своего ребенка, если понадобится, но не думаю, что ты действительно станешь ее обижать. Давай проедем этот момент.

И всё? Как на это нужно реагировать? Его лицо, кажется, начало вытягиваться, а Зайка обвела взглядом комнату и только сейчас остановилась на мониторе ноутбука с обложкой. Только сейчас увидела, что же так впечатлило её дочь. Светлые брови выгнулись, глаза снова расширились.

— Так ты графический дизайнер? — выпалила она.

Странный вопрос.

— А ты не знала? — дёрнул бровью он.

— Нет. Откуда бы мне знать?

Она сосредоточилась на рисунке точно так же, как вчера в холле, когда рассматривала карандашные кисти рук: замерла, затихла, будто оглушенная. Иэн сжал зубы и перестал дышать. Воздух застрял в груди, отказываясь выходить, лёгкие начали гореть. Если она сейчас скажет что-нибудь про бедных художников и поиски «нормальной работы», есть риск снова стать бескультурной сволочью…

— Это очень красиво, — прошелестел тихий голос, не дав додумать мысль.