Дыши мной

Джемма дождалась, когда сквозняк из кухни перестанет свистеть во всех углах, прикрыла дверь бара и двинулась в коридор. Мимо прачечной, комнаты отдыха персонала, и кладовки. Вошла в открытый кабинет. Туда, откуда открывается лучший обзор на сад с первого этажа. Мурашки всё еще бегали по коже, как безумные, но теперь их больше не нужно скрыать, и Джемма на ходу обняла себя за плечи. Провела ладонями вверх, задела ключицы, потёрла шею."

"Мука окончательно размазалась по одежде, и ладони стали чистыми. Ну и плевать. Выстоять в холле до конца было трудно, но она справилась. Самое время дать себе выдохнуть.

Она мягко прошла по цветастому ковру, обогнула стол, на секунду бросила взгляд в открытый ноутбук. В этот раз в нём летела большая серая птица, а вокруг неё кружились тёмные перья, разваливаясь в пыль ближе к краям макета. Мрачная красота, подходящая для хоррора или триллера. И Иэн бросил работу вот так только потому, что чужой маленький ребенок заставил его вытащить задницу в сад.

Так бывает? Она, конечно, видела в кино и читала в книгах про сиропно-сладкие отношения мужчин с детьми, но относилась к этому с долей здорового цинизма. Очень мило, когда маленькая девочка берет чужого дядю за ручку, и дядя растекается лужей. Но когда эта маленькая девочка — твоя маленькая девочка, кажется, что такого никогда не случится.

И вот. Случилось. Вроде бы. Невозможно же так притворяться.

Джемма отвернулась от ноутбука, приблизилась к окну и отодвинула занавеску. Выглянула в сад. Снег успел покрыть траву плотным, непроницаемым на вид ковром. Кусты уже оделись в белые плотные шапки, а на деревянных качелях-скамейке образовалось воздушное высокое сиденье. Неизвестно, на сколько часов его хватит, но пока что всё выглядело внушительно и величественно.

И посреди белого великолепия бегали две фигуры. Большая и маленькая, уже сейчас припорошенные снегом. Маленькая, завёрнутая в тёплую одежду, удирала от большой и пищала так пронзительно, что писк пробирался даже через кирпичную кладку. А большая, в куртке нараспашку, без шарфа, шапки, с белыми хлопьями в волосах, старательно пыталась не поймать маленькую. Иэну пришлось умерить свой широкий шаг до лилипутского и передвигаться с согнутыми коленями, чтобы хоть как-то дать Мии убежать.

Зрелище захватило дух. Сжало горло обручем, но тут же отпустило.

Престон никогда на такое не согласился бы. Ему не хватало какой-то оторванности, способности отпустить себя. Возможно, сказывался возраст, но вряд ли. Что-то подсказывало, что таким он был всегда. А Алекс и вовсе улыбался Мии такой резиновой улыбкой, что если бы Джемма ответила на его ухаживания, по закону жанра он поселил бы Мию на чердаке, а позже сослал бы в пансион с крысами в спальнях.