Фригидная для оборотня многоженца

— У тебя ничего не выйдет! — в том, что моя фригидность — константа. Что она моя спутница на всю жизнь, я смирилась. Ни оборотень, ни кто-либо еще, никак этого не смогут изменить.

— Посмотрим, — проводит языком по шее. Выводят дивные узоры. Приятно. Все не более. — Сейчас ты подобна замерзшему вулкану, но стоит тебя пробудить, и ты извергнешь лаву страсти, скопившуюся все эти годы. И я буду тем, кто впитает все до капли.

— Лучше умерь свой пыл. Ничего тебе не светит, — ни капли не сомневаюсь в своей правоте.

— И чтобы доказать, как я ошибаюсь, ты готова к экспериментам? — разворачивает меня к себе, глаза пылают черным огнем. Вызов. Азарт. Мне нравится. Почему-то в этот момент просыпается вкус к жизни.

Когда он признает поражение — это будет феерический момент.

— К адекватным экспериментам готова! Только, Рэймонд, облом тебя ждет! — улыбаюсь. Впервые за долгое время хочется смеяться. Вот просто так. От души.

— Выводы будешь делать после, — лукаво подмигивает.

Смывает с меня мыльную пену. Быстро натирает себя мочалкой. Смотрю за игрой мышц, за уверенными движениями. Хочется протянуть руку. Прикоснуться. Сдерживаюсь. Одергиваю себя. Не хватало мне еще попасть в плен постыдных желаний. К чему мне исследовать тело волка! Это все его пагубное воздействие поражает такие постыдные мысли!

Подхватывает меня на руки. Несет в комнату. Мы голые и мокрые. Ставит напротив большого зеркала. Яркий свет бьет по глазам. Смотрю в пол. Не хочу видеть свое отражение. Щеки горят. От стыда и смущения.

— Подними голову, — проводит рукой по моим волосам, — Посмотри на себя.

Бросаю мимолетный взгляд. Закрываю глаза. Чувство неловкости гложет изнутри.

— Нет, Вивьен, — мягко берет за подбородок, — Смелее, — открываю глаза. Капли воды струятся по телу. Соски сжались. Дыхание тяжелое. Отчего груди покачиваются. — Посмотри, как ты прекрасна, — барханный голос, словно лепестки роз, скользит по коже, задевает кончики сосков. Слова живые, ощущаю их прикосновение так явственно, словно это нежные трепетные поцелуи.

— Зачем мне смотреть на свое тело? — очень сложно не опустить взгляд. Продолжать смотреть в зеркало. Это какая-то внутренняя, непонятная для меня борьба.

— Ты должна полюбить себя, — кладет руки мне на плечи, слегка сжимает, — Принять, почувствовать…

Встречаю взгляд его горящих глаз в зеркале. Рэй стоит позади. Смотрит с вожделением, восхищением, слишком открыто, до жути проникновенно. Зрачки превращаются в два золотых сияющих факела, опаляют кожу, пробуждают ее. Чувствую, как каждая пора раскрывается, тянется на встречу к новым ощущениям.

Берет мою руку. Подносит к губам. Неспешно целует каждый палец. Шелковое скольжение губ настолько невесомое, что причиняет боль, от желания усилить контакт.