Много шума из косметички

 – Пришлось Гене его успокоить…

– Ну и что мне с этой мразью делать? – Елисеев поглядел на женщин и вздохнул. – По всему получается, что жить ему нельзя, но я ведь не убийца.

«Да что вы?» – хотела ехидно вставить Надежда, но прикусила язык – все же перед ней не тот человек, над которым можно безнаказанно подсмеиваться.

– В полицию его сдать тоже несподручно – начнет лишнее болтать, а мне это ни к чему.

– Между прочим, – решилась Надежда, – за ним еще должок. Он Веру не только подставил, но еще и всего имущества лишил. Куда она теперь-то денется? Жить негде, работы нет.

И поглядела в глаза Елисееву очень выразительно. Не полный же он дундук, должно дойти.

– Вы, Надежда Николаевна, – усмехнулся Елисеев, – женщина толковая и решительная, однако наперед забегаете. Этот вопрос у меня будет следующий. Значит, Николай, этого в порядок привести, оформить дарственную на квартиру на нее, – он кивнул на Веру, – потом его с вещичками куда-нибудь подальше…

– Есть один поселок городского типа… за Уралом, – мечтательно протянул Гена. – Я там всех знаю: начальника полиции, главного бандита… Можно этого хмыря пожизненно устроить на тамошний комбинат железобетонных изделий.

– Угу. И чтобы духу его здесь не было! Документы ей все восстановить, в банке…

– Я в банк ни за что не вернусь, – быстро сказала Вера. – Только в паспортном столе разберитесь, и еще на кладбище, а то как-то неприятно на собственную могилу смотреть, а дальше я сама…

– Компенсацию…

– Не нужно! – крикнула Вера. – Не нужно ничего!

– Вот как. – Елисеев прищурился. – Ладно…

В комнате установилось тягостное молчание.

– Вот только это платье художнице оплатите, – поспешно сказала Надежда, – и Дарье Комаровой роль какую-нибудь хоть небольшую на телевидении…

Она влезла с этими пустяками, чтобы разрядить атмосферу. Кто его знает, этого Елисеева, вроде притворяется приличным человеком, но лучше его не злить."

"– Все поняли? – Елисеев повернулся к своим. – Эх, надо бы вас всех уволить и Надежду Николаевну на работу взять.

– Упаси боже! – вырвалось у Надежды. – Не нужно так шутить! И, если вы закончили, то я тороплюсь. Муж, наверное, ищет…

– Николай, проводи! – Елисеев поклонился на прощание.

Показалось Надежде или нет, что вид у него слегка смущенный? Вообще-то сотрудники его полностью провалились, и Надежда Николаевна обскакала его по всем статьям. Но что ей с того? Ей бы с мужем теперь разобраться.

Они вышли из кабинета, прошли по коридору, и Николай открыл дверь одной из комнат. Там на простом узком диване спала Антонина Семизарова. Спала сном праведника, даже слегка похрапывала.

– Что вы с ней сделали? – изумилась Надежда.

– Да ничего особенного! – Николай Иванович пожал плечами.