Много денег из ничего

Вместо того чтобы выслушать Серафиму и немедленно выслать наряд, девушка, которая сняла трубку, буркнула:"

"– Обождите, гражданка! – и громко заговорила с кем-то, кто находился рядом с ней: – Капитана Ананасова нету! Нету, я вам русским языком объясняю! И сегодня уже не будет! Это я вам совершенно ответственно заявляю! Мало ли что он вам обещал! Он у нас половине архива обещал жениться и еще четверти паспортного стола! Он и мне перед получкой регулярно жениться обещает, если я сто пятьдесят рублей взаймы дам! А у нас не арабский Восток, у нас больше одной жены не положено! А одна у него уже есть! Вот так вот – есть у него уже жена! И нечего тут хулиганить и права качать, тут вам не здесь! Да, гражданка, я вас внимательно слушаю!

Поняв, что последние слова обращены к ней, Серафима Петровна торопливо заговорила:

– Вышлите ко мне немедленно наряд, ко мне в квартиру бандиты вломились! Двое, такие страшенные!

– Одну минуточку, как же вы со мной разговариваете, если у вас в квартире бандиты?

– А я их из квартиры-то выгнала, только они на лестнице и могут опять вломиться…

– Выгнали? – удивленно переспросила девушка. – Как же это вы бандитов выгнать сумели?

– Котлетами, – чистосердечно призналась Серафима Петровна, – то есть сковородкой… и еще этим… как его… авиа… аэро… в общем, средством для муравьев, то есть от муравьев. И еще тут вешалка помогла, хорошая вешалка, дубовая, сейчас таких не делают…

– Гражданка, – раздраженно оборвала ее волнующее сообщение девушка, – вы, гражданка, наверное, телефоном ошиблись. Вам, наверное, в психбольницу надо, а это милиция!

– Как это в психбольницу? – обиделась Серафима. – Почему это, интересно, в психбольницу, когда ко мне двое бандитов вломились? Вы меня что – за ненормальную принимаете?

– А за кого я вас должна принимать, если вы тут звоните и заявляете, что котлетами и вешалкой двух бандитов из квартиры выгнали? И еще муравьев каких-то приплетаете?

– Ну если так оно и было!

– Гражданка, прекратите понапрасну линию занимать, а то я сейчас ваш звонок официально зафиксирую и открою дело о злостном телефонном хулиганстве! Ко мне сейчас, может быть, реальные пострадавшие из-за вас не могут дозвониться!

– А я, значит, получается, не реальная пострадавшая? Когда у меня вешалка поломана, и обои лоскутами висят, и еще котлеты заново жарить пришлось, а у меня зять на государственной службе и в восемнадцать часов очень даже может домой возвратиться?

Сотрудница милиции отодвинула трубку подальше от уха, чтобы не оглохнуть.