Мне тебя подарили

Не разговоры с ней болтать, заново вышвырнуть…

Слишком тошно её наблюдать и слушать. Особенно остро, когда досада на её лицемерной физиономии сменилась непонятно с какой радости взявшимся недовольством.

— Ты прав, в прошлом я допустила ошибку. Хорошо. Это я признаю, — вопреки всему отозвалась она мягким голосом, примирительно подняв ладони. — Но это не даёт тебе право приводить в наш дом кого попало. Весь город знает, Габриэль! Вас не видел только слепой! — повысила голос, правда, тут же поубавила тон, продолжив на порядок тише и спокойнее: — Все обсуждают. Все, понимаешь? — в карих глазах мелькнула обида. — Что это, такой способ отомстить мне? Отплатить той же монетой? — задалась вопросом, но ответа не ждала. — И чем ты тогда лучше меня? А если так, то уж точно не имеешь никакого права больше осуждать меня, и разговаривать в таком тоне. Соответственно… — перешла на поучительный тон.

Тут моё терпение начало подходить к концу.

— Соответственно, пошла ты на хер, Амелия, — перебил её. — И не наш дом. А мой дом. Дом, в котором тебе не рады. Так что, по-хорошему — пошла вон. Пока я сам тебя не выставил.

Обида в карих глазах заблестела с новой силой, а размалёванные красной помадой губы уязвлённо поджались.

— Нет, Габриэль. Это всё ещё наш дом, — вздёрнула подбородок, явно собираясь качать права, эту её привычку я прекрасно помнил. — По крайней мере, до тех пор, пока не произведён раздел имущества и не оформлен развод, — съехидничала. — Я всё ещё официально твоя жена. Твоя законная жена! — снова шагнула вглубь комнаты. — Эй, как тебя там?! — прокричала в никуда, и обращаясь уже не ко мне. — Выходи, покажись! Слышишь? Эй! Дай хоть посмотреть на тебя, шлюху русскую! Ты по-португальски хотя бы немного понимаешь? Или мне с тобой на английском общаться? Английский ты хотя бы знаешь?! — совсем понесло её.

Ну, что сказать…

— Merda! — выругался, в считанные мгновения оказался рядом с ней, схватил за локоть и поволок на выход.

Сперва из моей спальни, затем из самого дома. Игнорируя все её жалкие попытки протеста и негодования.

Тоже мне, жена…

Шлюха!

Шлюха, весь запал которой быстро стух…

— Руи, мать твою! — позвал того, кто первым получит по шее за испорченный вечер.

С учётом того, что зевак во дворе собралось уже немало, то составило некоторых усилий вычислить местонахождение своего помощника. Тот усиленно мимикрировал под ствол одного из деревьев, для дополнительной верности прячась за садовниками, которые именно в этот час внезапно устремились с особым рвением стричь кусты. Сразу все, ага. Оптом.

И где столько садовых инструментов раздобыли?

— Руи, мать твою! — повторил куда громче, ринувшись в его направлении, таща за собой Амелию.

Притихшую девицу ему и вручил.

— У тебя есть минута.