Мне нельзя тебя любить

Больше всего на свете я боялась, что кто-то узнает про Мишу и Лизу, и это сыграет против меня. Самая большая тайна моей семьи, наш постыдный секрет. Усыновленный родителями Миша и моя сестра по отцу Лиза… Да, они поженились и живут в Лондоне, подальше от всех знакомых. Там, где никто не знает, что они росли в одной семье, называли отцом одного человека.

— Я предлагаю отправить любовницу Быстрицкого на передачу «Пусть говорят», — вдруг заявляет Андрей, что заставляет меня резко распахнуть веки и повернуться к нему. — Ей там даже не придется сочинять, что он ее бил. Женатый политик крутит шашни с любовницей за спиной у жены — люди такое любят.

Тяжело сглатываю.

— А ты можешь это устроить?

— Да, у меня есть связи в руководстве этой передачи. Лев Быстрицкий станет знаменит на всю страну за один час программы.

Несколько секунд внимательно смотрю в серьезное лицо Андрея.

— Хорошо.

Глава 20.

Лев

— Что это было? — сходу спрашиваю у Вики, когда мы садимся в машину.

— Ты о чем? — строит невинные глазки.

— Что это была за атака на Самойлову со стороны журналистов?

— А, ты об этом. Ну я же тебе рассказывала про ее скелеты.

— Я помню, но зачем было так перегибать?

Вика тяжело вздыхает.

— Лёва, ты хочешь победить или нет?

— Я и так уже победил.

— Ты не победил, пока не подсчитаны голоса с перевесом в твою сторону.

Я зол на Вику. Умом понимаю, что она действует правильно, но аж трясти начинает, когда вспоминаю, как журналисты наехали на Иру. Она хорошо держалась, молодец, смогла достойно выкрутиться. Но все же это было слишком.

— Мы проводим сейчас замеры общественной реакции на вашу пресс-конференцию, — Вика что-то смотрит на планшете. — Ты идёшь с большим отрывом.

— Я пообещал двойное повышение зарплаты в этом году, еще бы я не шёл с отрывом после такого.

— А Самойлову уже полощут в интернете, ахах.

— Вик, давай в следующий раз без самовольностей? Предварительно обсуждай такие вещи со мной, хорошо?

Вика закрывает планшет и поворачивает ко мне голову.

— Лёва, мы обсуждали с тобой условия работы, когда ты меня нанимал. Я работаю и выкладываюсь по максимуму, только если мне дают полный карт-бланш. Если ты хочешь контролировать мои действия и сам себе быть политтехнологом, то я буду вынуждена тебя покинуть.

Теперь моя очередь тяжело вздыхать.

— Я не говорил, что забираю у тебя карт-бланш. Я просто попросил предупреждать меня, если ты планируешь атаку на моих конкурентов.

— На всех твоих конкурентов или только на Самойлову?

Викин взгляд прожигает мне щеку. Я не знаю, что ей ответить. Не говорить же, как есть.

— На всех, — в итоге выдаю.

— Хорошо, буду предупреждать тебя об атаках на Самойлову.

Я отворачиваюсь к окну, чтобы больше не выяснять с Викой отношения. Она, конечно, права.