Мне нельзя тебя любить

Я, безусловно, поступила опрометчиво и глупо, но как же было сладко в плену поцелуев Льва! Иногда я до сих пор чувствую его губы на своей коже, и это ужасно будоражит.

Однако личные встречи и контакты с Быстрицким необходимо свести до минимума. Хотя бы до тех пор, пока не пройдут выборы и он не разведется. Если он вообще собирается разводиться. Быть любовницей я не намерена.

Боже, о чем я думаю. Падаю лицом в ладонь и зажмуриваюсь. Уже размечталась, что Лев может развестись. Я как те его любовницы, которые на что-то рассчитывали, встречаясь с женатым.

— Ты в порядке? — вырывает меня из мыслей голос Андрея.

— Да, — тру лоб и выпрямляюсь.

Мы едем на осмотр старого дряхлого моста над рекой. С нами будут телекамеры. А еще будет Быстрицкий. Это наша последняя личная встреча до окончания выборов, пообещала я сама себе. И в этот раз ничего подобного, что было в гримерке, не случится. Мы будем на улице с толпой людей и камер.

— Тебе нужно рассказать журналистам, что ремонт моста будет твоим приоритетом.

— Угу.

— Раньше этим мостом пользовались жители целого микрорайона, чтобы перейти на другую сторону Печорска. Теперь им нужно идти в соседний микрорайон на их мост, потому что ходить по этому уже опасно.

— Кошмар, как здесь люди живут…

Мне искренне интересно, что было в головах у всех предыдущих мэров? Как можно было довести мост до такого состояния? А губернатор куда смотрит? Впрочем… Я ведь знакома с губернатором и прекрасно понимаю, куда он смотрит. Только на свой карман. Предыдущие мэры, видимо, были такими же.

Автомобиль тормозит. Мы с Мельниковым выходим из машины, но он держится поодаль от меня. Мой политтехнолог не должен быть засвечен в кадре. Мне необходимо создавать впечатление полностью самостоятельного человека. В общем-то, так оно и есть, я самостоятельна и окончательное решение по всем вопросам за мной, а не за Андреем. Но все же он сильно помогает мне. Варить борщ было его идеей. Впрочем, за это Андрей и получает от меня очень приличные деньги.

Автомобиль Быстрицкого подъехал одновременно с моим. Он тоже выходит из салона не один, а с брюнеткой. По ее стервозному взгляду я сразу определяю, что это та самая Вика, о которой так много говорит Мельников.

Лев обходит машину и останавливается возле девушки. Она что-то ему говорит, он ей отвечает. Дает наставления, наверное. Быстрицкий последний раз кивает и вот теперь находит взглядом меня.

Я тут же отворачиваюсь к группе журналистов с камерами. Цепкий взор Быстрицкого прожигает затылок. По венам уже разгоняется адреналин вперемешку с непонятно откуда взявшимся страхом.

Да брось, Ира, ты же не боишься его.

— Как дела? — слышу голос Льва у себя за спиной.

Все-таки приходится повернуться.

— Пока не родила.