Мне не стыдно

Правда, вставать я не стала. Плюхнулась рядом на попу и провыла:

— Это всё ты виноват!

— Рит, ну это уже слишком, — возмутился Сергей. — Я же не могу быть виноватым во всём, что с тобой случается. И сейчас уж явно не тот случай.

Даааа, конечно. Если бы не его разговор с невестой, фиг бы я упала. Помню же про этот порожек всегда, а сейчас вот забыла…

— Нет, это ты виноват!

Он улыбнулся и тоже плюхнулся рядом.

— Ладно, уговорила. Это я виноват.

Я шмыгнула носом. Почему-то было неловко и стыдно, хотя с чего вдруг мне стыдно перед Мишиным?

— И в падении метеорита в Челябинске тоже я виноват. И в инфляции. И в том, что завтра дождь обещают, конечно, я виноват.

— Не передёргивай! — буркнула я, отворачиваясь. Хотелось по-детски надуть губы.

— Да ладно тебе, Ромашка. Ну шлёпнулась, с кем не бывает. Не сильно ушиблась?

— Не поняла ещё.

— Дай ладошки, посмотрю.

Я хотела отказаться, но Мишин сам взял в руки мои ладони, поднёс к глазам.

— Крови не вижу. Болят?

— Не очень, — зачем-то ответила я. — Коленка вот болит.

— У тебя мазь есть какая-нибудь?

Я задумалась.

— Мазь… да вроде была…

— Пойдём, посмотришь, — Мишин встал сам и меня поднял, подхватив за талию. — А если нет, я в аптеку схожу и куплю.

— С ума сошёл, — я попыталась вырваться — слишком уж он близко стоял. — Я сама могу сходить и купить, не сломала же себе ничего! Подумаешь, коленка…

— Мне не сложно, Ромашка. К тому же, это я виноват.

Он так мягко улыбался… Я такой улыбки у Мишина никогда не видела. Поэтому, наверное, немного испугалась.

И смутилась ужасно. Он ведь так близко был, да ещё и приобнимал.

— Ты… глупости не повторяй. Ты не виноват. Я сама шлёпнулась.

— Хочешь, чтобы я ушёл? — спросил он проницательно, продолжая смотреть на меня с той же мягкой улыбкой, от которой я совершенно терялась.

— Хочу, — ответила я тихо, вспыхнула и опустила голову.

Мишин перестал меня обнимать, сделал шаг назад. И вроде бы всё правильно… но отчего-то горько.

— Ладно, Ромашка, тогда я пойду. Отдыхай. Хороших тебе выходных.

— И тебе, — ответила я, поднимая голову. И успела заметить, как он шагает через порог, а потом, не оглядываясь, идёт к лифтам.

А ведь действительно… не обидел. Даже странно. Словно небо с землёй поменялись местами.

Но я бы не сказала, что это хорошо. Тогда, в институте, я сумела убить свою симпатию — весьма трудно любить человека, который над тобой издевается, верно?

А теперь что?.. Что теперь? Я же не могу…

Ох. Или могу?..

* * *По дороге домой он сидел и лыбился, как полный придурок.

Один раз звонила Крис, но Сергей не хотел с ней разговаривать сейчас. Вот бы на подольше сохранить в себе это состояние какой-то пьяной эйфории…"

"Ромашка ему поверила. И пусть она ещё шарахалась от прикосновений и отводила взгляд — она ему поверила.