Мне не стыдно

Как тогда, когда я заперла его в аудитории…

Вспоминать не хотелось, и я погрузилась в работу.

— Ты на обед пойдёшь? — буркнула со своего места Варя, отправляя в рот здоровенный кусок торта.

— Вряд ли. Вон я какое жирное чудо себе отпилила. Тут калорий дня на три.

Варя вздохнула и покосилась на мой пончик, который до сих пор лежал на салфетке.

— Даже не мечтай, — пригрозила я ей пальцем. Вот уйдёт в туалет, под шумок выброшу в мусорку…

Но в итоге я забыла про этот несчастный пончик. Заработалась."

"Варя убежала домой в пять часов вечера, отпросившись у Мишина на какое-то там свидание. А я ждала шести, чтобы тоже пойти домой. У меня были большие планы на вечер и выходные. Планы по приведению в порядок съёмной квартиры…

В шесть, как по сигналу, из своего кабинета вышел Мишин. Я в это время выключала комп. Моя старая сумка, привезённая ещё из Франции, стояла на перегородке, и Мишин обратил внимание сначала на неё, а потом уже на меня.

— Хорошего вечера, Рита, — сказал он спокойно, опустил взгляд… и заметил свой пончик. — Что же ты… так и не съела?

— Нет, — я вспомнила про пончик, взяла его в руки — и выкинула в мусорное ведро. Он шлепнулся туда с громким приветливым «шмяк». — И не съем.

Мишин проводил взглядом почивший пончик и слегка усмехнулся.

— Ты меня демонизируешь.

— Нет, — во второй раз сказала я. — Всего лишь не идеализирую, в отличие от всех прочих коллег. Тебе полезно… для разнообразия. А то тебе всю жизнь все в рот смотрят.

— Не все. Ты же не смотрела.

Вот дурак.

— Короче, — я взяла в руку сумку и вышла из-за перегородки, — я пошла.

Но чтобы нормально выйти, мне нужно было, чтобы Мишин отошёл в сторону. Но он не отходил.

— Это был просто пончик, Рита. Самый обычный пончик.

— Хорошо, — я уже начинала злиться. — Самый обычный пончик, который я не съела. Или я не имела права его не есть?

— Имела, — ответил Мишин, пристально глядя мне в лицо. — Но меня интересует, почему ты его не съела.

— Знаешь, — я сделала шаг вперёд и встала к Мишину практически вплотную, — я уже много лет терпеть не могу острое. Не знаешь, почему?

Он вдруг опустил взгляд и посмотрел на мои губы. Мне даже захотелось их облизнуть… А ещё стало жарко в самом низу живота.

Ерунда какая-то.

— Знаю. Из-за той шоколадки.

— Разве только из-за шоколадки? Ещё были перчёные цветы.

— Были, — выдохнул Мишин, и его дыхание коснулось моих губ. И я непременно сделала бы шаг назад, если бы не понимала, что это будет выглядеть как отступление.

— Как я тогда чихала, помнишь? А тебе было смешно.

— Было, — подтвердил Мишин, и во мне внезапно вспыхнула злость.

— Тебе не стыдно? — прошипела я, поднимая руку и толкая его ладонью в грудь. Но он не отшатнулся. Накрыл мою ладонь своей, прижимая к себе плотнее, и меня будто бы чем-то обожгло.