Мне к лицу даже смерть

Теперь нужно быть начеку и следить за своим здоровьем.

Я затянулась и влепила Илье очередную пощечину. Он потер щеку и жалобно произнес:

– Машка, ну хватит. Сколько можно! Я и так уже чувствую себя последним гадом.

– Гадом ты был, гадом и останешься! Сволочь!

– Мы обреченные, понимаешь?! Нам нужно держаться вместе.

Я закрыла лицо руками и громко заревела. Мы подъехали к дому. Илья протянул мне платок, погладил, как маленькую, по голове и помог выйти из машины. Открыв дверь моими ключами, он подхватил меня на руки и понес в комнату.

– Маша, Машенька, ну прости меня, – шептал он, покрывая мое тело поцелуями.

Я обвила его шею руками, слегка потянув за окровавленное ухо. Илья вздрогнул и крепко прижал меня к себе. Что было дальше, я помню плохо. Думать о смерти не хотелось. Какая смерть, если Илья здесь, радом со мной, если я испытываю такое блаженство, что ради этих минут можно пожертвовать чем угодно.

Мне хотелось верить, что Илья хоть немного любит меня, но в глубине души я сомневалась в его искренности и догадывалась, что он пришел ко мне не только потому, что его грызла совесть. Скорее всего, Илья преследовал иную цель, но какую, я не знала, да и не хотела знать. Как бы там ни было, но мне хорошо, и я хочу, чтобы эта ночь осталась в памяти надолго.

Ранним утром я открыла глаза и улыбнулась. Илья лежал на боку и крепко спал. Накинув легкий халатик, я пошла на кухню, приготовила омлет и сварила кофе. Затем взяла поднос, поставила на него тарелки и чашки и вернулась в комнату. Сев рядом с Ильей, я потрепала его за ухо и спросила:

– Илья, скажи правду. Я дура? Он потер заспанные глаза и с удивлением посмотрел на меня.

– Маш, ты что?

– Ничего. Просто я спрашиваю тебя: я дура?

– Что ты опять надумала?

– Ты заразил меня спидом. Ты пришел ко мне только потому, что тебе некуда больше идти, а я, несмотря на все это, продолжаю любить тебя, как чокнутая, и даже делаю для тебя душистый омлет.

Илья повел носом, поставил тарелку к себе на колени и принялся за обе щеки уплетать мой кулинарный шедевр.

– Машка, ты настоящее золото. Я и подумать не мог, что ты так вкусно умеешь готовить. Я улыбнулась:"

"– Я много что умею. Из меня могла бы получиться отличная жена. Смейся сколько угодно, но сегодня утром мне показалось, что мы с тобой в любви и согласии живем уже черт знает сколько лет. Ты даже не представляешь, какой счастливой я себя почувствовала.

– Милая моя, ты просто никогда не была замужем. Семья – это такая жуткая каторга, что лучше не впрягаться. В браке нет ничего хорошего, поверь. Это издевательство над собственным организмом. Я никогда не был счастлив от того, что был женат. Брак всегда меня тяготил и не давал жить как хочется.

Я тяжело вздохнула и подумала, что Илья неисправим. Неожиданно в дверь позвонили.