Мне и так хорошо

Я включила музыку погромче, чтобы она помогла мне прогнать все тревоги и переживания, потому что, то состояние, в котором была я, не предполагает нахождение в тишине. Честно сказать, тишину я любила лишь тогда, когда читала или писала свою книгу или когда «мои» девчонки замучивали меня своей болтовней. Сейчас не было ничего из этого, поэтому мне хотелось шума. Хорошего, веселого шума.

Я скакала по квартире, пытаясь искусственно создать для себя хорошую атмосферу, а заодно и убраться, но чем больше я старалась сделать первое, тем хуже у меня получалось второе. Я начала злиться. Еще бы несколько минут в такой обстановке и я бы принялась все крушить, но мою квартиру спас телефонный звонок. Позвонил Павел Алексеевич.

– Я у твоего подъезда, – сказал он. – Если ты готова, то выходи.

Я взглянула на часы, которые показывали ровно двенадцать. Я была одна всего два часа, которые показались мне двумя годами. Выйдя на улицу и увидев Пашку, я обрела душевное равновесие (проще говоря, я взяла себя в руки, чтобы не показывать мальчишке свою нервозность). Для Пашки я готова была сделать многое, ведь он нуждался в помощи и я это знала. Всегда есть люди, которые нуждаются в помощи, вот только не всегда есть люди, желающие помочь. Дело в том, что с каждым годом все меньше и меньше людей пытаются сохранить в себе человеческие чувства – доброту, жалость, сочувствие и т.д. Они почему-то думают, что теперь это не модно! Я иногда думаю, как мы дожили до таких времен, когда все хорошее в людях стало не модным? Если хотите, подумайте об этом сами, как-нибудь вечером или в выходной день, а я продолжу свой рассказ.

Когда мы с Павлом Алексеевичем добрались до первого огромного торгового центра, я не только увидела, но и ощутила его неловкость. Он никогда не был в таком большом магазине, и это было понятно по его взгляду.

– Нравиться? – спросила я, потому что надо было как-то разрядить обстановку. Я и сама волновалась, ведь со мной не было Бриллиант, которая обещала помочь с выбором одежды для нашего общего товарища.

– Я тут первый раз, – ответил Пашка, подтвердив мои догадки. – Вроде, ничего так.

– Ясно. С чего начнем? С канцтоваров или с одежды?

– Давай с тетрадей.

– Давай.

Я взяла его за руку, чтобы он не чувствовал себя одиноким и мы пошли по магазину. Никто не обращал на нас внимания. Кругом было столько людей, но все мы как будто не видели друг друга. Еще одна особенность новой жизни. Никто никому не нужен. Я не хочу сказать, что я была другой, вовсе нет. Я же была из этого мира. Я была такая же, как и все, если не считать моих скромных проблем с психикой и так же, как и все я заботилась в основном о себе. Думаю, мне в какой-то мере повезло, что я встретила Пашку.