Доверься мне

— Ну, может, я могла бы… приехать в Ван…

— Нет, — говорю я, физически чувствуя раздражение в области шеи. Моя челюсть напрягается, когда я поворачиваюсь и нахожу штаны, которые бросил у двери гостиничного номера, как только мы ворвались сюда. Я достаю свой телефон и открываю Uber. — Я не встречаюсь. Извини. Ничего серьезного я сейчас не ищу.

Честно говоря, я не понимаю, зачем вообще это говорю. Я не стесняюсь своей личной жизни.

Нет, это чушь. Никто ни черта не знает о моей личной жизни, кроме моих товарищей по команде и семьи. Что насчет перерывов между играми, когда я вырубаюсь в одиночестве в своей постели? Я и этого не стесняюсь. Каждые выходные меня фотографируют с новой женщиной. Девушки знают, во что они ввязываются, вступая в связь со мной. Есть даже форумы, на которых они жалуются на то, что я использую их как развлечение на одну ночь, а сами надеются оседлать меня еще раз.

Но они действительно лишь развлечение на одну ночь. Они знают это, и все же неизменно расстраиваются, когда все именно так и происходит.

Я убираю телефон в карман и перевожу свое внимание на девушку, занимающую мою кровать. Она перебирает в руках шелковистую красную ткань, не сводя с меня глаз.

— Я вызвал Uber, — говорю я ей. — Он будет внизу через пять минут.

Она открывает рот — то ли от шока, то ли для того, чтобы поспорить со мной. Я точно знаю, что хочу, чтобы она оделась и свалила отсюда к чертовой матери, а я получил немного тишины и покоя, прежде чем моя голова взорвется.

— Послушай, Лорен…

— Лейси.

— Лейси, точно, извини. Послушай, Лейси, я прекрасно провел с тобой время, но все кончено. Я постоянно в разъездах, чтобы поддерживать что-то серьезное.

— Значит, только поэтому? — она берет меня за руку и позволяет стащить себя с кровати. Мой взгляд скользит по ее телу, потому что я не слепой — она чертов фейерверк, с длинными, бронзовыми ногами, убийственным каре и подтянутым животом. — Потому что у тебя нет времени на отношения из-за хоккея?

— Да, — вру я. — У меня нет времени, — я мог бы найти его, полагаю. Если бы мне было интересно. Но я не заинтересован. Мне никогда не интересно.

— О, — кажется, это успокаивает ее. Может быть, это заставляет ее чувствовать себя менее никчемной. Я не знаю, и меня это не особо волнует. Единственные женщины, о которых я забочусь — это мама и сестра, и, наверное, Кара. — Ну, могу я хотя бы взять твой номер?

Ну уж нет.

— Я не даю свой номер.

Прежде чем она успевает ответить, дверь в мой номер дважды пищит и распахивается настежь.

— Беккет, ты еще не спишь? Хотел быстренько сыграть перед… емае, ради всего святого, — мой товарищ по команде и лучший приятель Эммет Броуди остановился на пороге, переводя взгляд с меня на Лааа… Лейси. Он закрывает ее от своего взгляда рукой.