Доверься мне

И что я должна была страшного там увидеть? Может, он, что то выбрал, и хочет сделать мне сюрприз. Ладно, поживём, уведем.

Чтобы не стоять под окнами магазина, пошла вниз по улице. Мои охранники вышли со мной, и тоже осматривались пока шли по улице. И вот я остановилась напротив магазина, и впервые за сегодня это не одежда, а посуда. Почему бы и не посмотреть, Мария там всё равно ещё не скоро.

В магазине не было ни души. Тишина! Только ради этого я согласна посидеть тут. Прошлась вдоль стеклянных витрин. Удивительная красота, какая тонкая работа. Тут стояли и расписные тарелки, вазы, фужеры странных форм и цветов. Но больше всего мне понравились чашки. Вот тут я готова сказать Моя прелесть!

Каких тут только не было чашек. И низенькие и высокие, и на ножке. Вспомнила когда в доме Ларисы перед приёмом доставали сервизы, и мы тщательно мыли каждую такую чашечку. Я вообще с большой осторожностью относилась к посуде, а к такой и подавно.

Мне понравилась одна голубая чашечка на невысокой ножке, тут узор был не только снаружи, но и внутри. Вторая была стеклянной и пузатой, но цвета у стекла были разные. И это не краска, нанесенная поверх чашки, а само стекло цветное.

— Вам нравится? — испугал меня подошедший Алекс.

— Зачем же так пугать! — Вот почему они все так тихо ходят. Всем на шею надо колокольчики одеть.

— Прости, но ты уже минут пятнадцать на чашки смотришь не мигая.

— Прости, просто задумалась. А чашки и правда, красивые, но вот цены явно кусаются. — Посмотрела на клочок бумаги, чуть ли не с телефонным номером. — Это хоть цена за сервиз, или только за один предмет?

— Давай узнаем, — пожал он плечами и пошел к парню за прилавком. А то смотрел на меня как на пустое место, так ещё и с презрением. Вот что значит, нет радом Габриэля и всего антуража богатой дамы. Нет достойного платья, нет украшений, нет охраны. Да и выгляжу я явно не как холенная девица. Стало даже обидно. Неужели внешний вид решает многое.

Разговор на немецком от лица Алекса

— Здравствуйте, — поздоровался я с продавцом. А он в свою очередь с призрением смотрел на мою хозяйку."

"То, что я хочу охранять эту хрупкую девушку, я понял сразу, как увидел её сегодня утром. Она кажется такой слабой и беззащитной, что мой волк сразу решил «Оберегать». Она такая юная, но уже побита судьбой, но даже потеря семьи и почти отсутствие друзей не сломало её. Она так забавно рассматривает всё вокруг, как щенок, который не видел мира, а теперь пытается вобрать в себя как можно больше.

Я очень забеспокоился в самолете, когда альфа пересадил к себе на колени, такую бледную малышку. Глупые самцы, прожившие не одно столетие, не подумали о хрупких девушках, которым сразу стало плохо при взлете.