Младший сын мэра

— Ну, ладно, я пойду… — вздыхает с сожалением, — увидимся в субботу?

Киваю и вижу, как она тянется ко мне с намерением попрощаться поцелуем. Фиксирую ее плечи рукой и подставляю щеку.

— Боишься меня? — спрашивает тихо хрипловатым голосом.

Коснувшееся моей кожи теплое дыхание посылает по шее россыпь холодных мурашек. Неожиданно.

— Нет, — усмехаюсь я и не успеваю среагировать, как кончик ее языка касается моей нижней губы.

Вдоль позвоночного столба проходит ток и ударяет прямиком в пах.

Слышу, как хлопает дверь. Стук каблуков по асфальту. Мелькающие в темноте стройные ноги и копна черных волос.

Дожили, бля…

Глава 10

— Тася, да откуда ты это знаешь?! — ору в трубку, как слетевшая с катушек истеричка.

— Мне Лиза сказала, — оправдывается подруга, — только вчера.

Меня сотрясает озноб, как от высокой температуры. На коже выступает холодный пот, и зуб на зуб не попадает.

Он снова это сделал! Он снова это сделал!

— Почему он мне не сказал, Тася?.. Я же спрашивала про работу… он не ответил!

— Я не знаю, — проговаривает она, но спустя несколько мгновений, добавляет, — вероятно, помнит, как ты отреагировала в прошлый раз.

В прошлый раз, когда я на эмоциях сиганула в озеро, он меня чуть не убил. Уехал на следующий день, а я потом две недели бронхит лечила.

Еще два месяца в подушку по ночам ревела, а потом сумела убедить себя, что все к лучшему. Что эти два года пойдут нам обоим на пользу. Я окончательно созрею и, дай Бог, поумнею. Он — успеет соскучиться и поймет, что лучше меня нет никого.

Я верила в это целый год! Я жила этой надеждой. Я ждала его, отсчитывая дни в календаре!

И что?.. Все оказалось напрасным! Он вообще не планирует возвращаться!

— Тася, что мне делать теперь? — произношу я тихо, — как мне жить?

— Может, стоит к Артурчику присмотреться? — неуверенно предлагает она.

— Не хочу я с Артурчиком.

— Ладно, ты только не расстраивайся и… Настя, очень прошу, держи себя сегодня в руках.

— Я постараюсь.

— Если тебе реально плохо, мы можем не ехать, — слушаю ее приглушенный успокаивающий голос, — хочешь, я останусь с тобой?

Об этом не может быть и речи. Я поеду. Сгрызу ногти до мяса, но буду вести себя достойно.

— Нет, Тась, мы поедем…

— Тогда возьми себя в руки, о’кей? Не падай в его глазах еще ниже.

— Хорошо, — шепчу я, прежде чем отключиться.

Сказать проще, чем сделать. Откинув телефон в сторону, падаю ничком на кровать и вгрызаюсь зубами в подушку. Из глаз неконтролируемо бегут слезы.

Я понимаю, что плакать мне сейчас нельзя. Я не смогу до вечера привести себя в божеский вид. Но и успокоиться тоже оказывается непосильной задачей."

"Я только что ориентир потеряла, смысл жизни. Эта новость меня буквально размазала, разрушила до основания. А в груди снова пылает пожар. Как в тот день на даче у Артура.