Младший сын мэра

— Что?! — широко раскрыв рот, пучит глаза, а потом начинает смеяться, — думаешь, я поверю?.. Кир, я не верю! Она тебя обвела вокруг пальца, и я не понимаю, как ты…

— Закрой свой рот! — рявкаю я, — я первым у нее был. Так тебе понятнее? Девственницей мне досталась, в отличие от тебя, Карина!

— Это что, упрек?

Замолкаем оба. Ей нечего сказать, а я просто выдохся. Все. Сухой бак.

Выбиваю сигарету из пачки, прикуриваю и открываю окно. Карина начинает тихо плакать.

— Иди домой.

— Я без тебя не пойду, — всхлипывает жалобно.

— Иди. Я позже поднимусь.

— Я с тобой побуду.

Если она останется, я просто сверну ей шею.

— Иди, я сказал!

— Я люблю тебя…

— Иди, Карина!

Зло дернув за рычаг, она толкает дверь и выходит из машины. Но продолжает стоять, промораживая салон.

— Когда ты придешь?

— Покурю и приду.

Хлопнув дверью, она уходит.

Я курю. Потом сижу, уронив башку на сложенные на руле руки. Снова курю и думаю, думаю, думаю…

О Насте, конечно… о той *бучей ситуации. Секс наш вспоминаю. Сердечная мышца снова разгоняется до двухсот, хреначит на максималках."

"Бл*дь… Контроль. Переключиться на другой канал и тупо дышать. Сознательно перетаскиваю мысли на Карину, но они тут же скисают, как молоко на солнце. Галимая муть. Поговорю с ней завтра. Надоело вату жевать — расставаться надо.

Врубаю заднюю, разворачиваю тачку и вылетаю со двора. Лежащий на панели телефон тут же загорается ее фоткой.

— Кир, ты куда?! Ты к ней, да? — ревет в трубку.

— К родителям. Завтра поговорим. Ложись спать.

— Я люблю тебя, Кирилл!..

— Ложись спать, Карина.

Завтра. Все завтра. Сегодня штормит так, что по-детски хочется к маме. Лицом к груди прижать ее и попросить, чтобы по голове погладила.

Пока добираюсь до выезда из города, выкуриваю еще две сиги. А потом врубаю дальний и как ненормальный жру километры.

Торможу резко, уходя в занос и под рев клаксонов других участников движения встаю на аварийку.

Поговорить с ней хочу. Прямо сейчас. Просто, бл*дь, увидеть все ее глазами. Все до мельчайших подробностей. Пусть расскажет, что было до и после меня. Кто, нахрен, этот *бучий Дима?! Что было у них? Почему соврала про беременность? Пусть в глаза мне скажет!

Почему в больницах лежала… как рожала… почему реанимация была… какие проблемы были со здоровьем у Ромаша…

У меня к ней целый вагон вопросов. Пусть отвечает!

Вдавив тапку в пол, лечу обратно, сам над собой угарая. Достаточно весомые поводы, чтобы заявиться к ней среди ночи?

Глава 42

— Спасибо, Артур, — улыбаюсь устало, когда его машина тормозит во дворе моего дома, — к себе не приглашаю. Не в обиде?

— Честно? В обиде.

Раздраженно вздохнув, он откидывается на сидение и кладет голову на подголовник. Смотрит при этом на меня.

— Подза*бался я, Денежка.