Самая младшая из принцесс

— Спасибо! — ответил мужчина.

Остальную часть пути мы проделали молча. Я думала о Бейли и о том, что увидела, как из нашей ложи выходила Элеонора. Надо же, жизнь свела нас снова!

Почему Артур и Маргарет назвались чужой фамилией? Ведь они и были королевскими детьми, я уже была в этом уверена. Зачем обманывать, не понимаю? Или это был своеобразный тест для меня и .даже тогда, я все равно не понимала почему!

Но вот экипаж миновал ворота и проехал к дому опекуна. Когда карета остановилась перед лестницей, дверцу нам поспешил открыть лакей, явно дожидавшийся возвращения господ. Сэр Генри вышел первым, а затем подал мне руку и помог выбраться из кареты. Второй лакей, стоявший перед парадной дверью, распахнул ее перед нами, прошел следом и принял плащи.

— Леди Элиза, может быть, составите мне компанию за чашкой чая? — спросил Финч, когда я уже было шагнула на лестницу. Я обернулась. Мужчина быстро подошел ко мне, вглядываясь в мое лицо.

— Извините меня, милорд, — выдохнула я, понимая, что сейчас наедине с Финчем я просто не смогу быть адекватной.

Стоило признаться самой себе, что он меня интересовал, и его прикосновения вызывали волнение в моем сердце, а разум призывал бежать, пока этот интерес не превратился в нечто более серьезное. И в то же время, мне отчаянно хотелось согласиться. Полагаю, нам было о чем поговорить. Но разум возобладал.

— Я понимаю! — ответил он, не отрывая от меня своего взгляда, а после осторожно взял мою руку в свою и поднес к своим губам.

Этот простой поцелуй обжег мою кожу, а сердце жалобно застонало.

Не знаю, сколько я так простояла с бешено колотящимся сердцем, пока мы с опекуном смотрели друг на друга, и он продолжал держать мою руку в своей. Кольцо Финча, спрятанное на моей груди, стало невыносимо горячим, и я внезапно подумала, не передает ли перстень ощущения своего владельца.

— Уже поздно, — мою руку наконец-то отпустили, и я уронила ее, ставшую какой-то безвольной, вдоль тела. — Спокойной ночи, моя леди!

Меня отпустили, и я почти побежала наверх в свою комнату, даже не подумав о том, как это могло выглядеть со стороны. Преодолев ступеньки и часть коридора, ворвалась в свои покои и, закрыв двери, тут же опершись на них спиной. Подняла руки и прижала их к груди, пытаясь успокоить глупое сердце, которое не желало понимать разум. Вздохнула глубоко, набрав полные легкие воздуха, и шагнула к окну. Распахнув его, подставила лицо свежему ветерку.

Где-то в Каслроке бушевала зима, здесь же все еще дышало осенью, но я уже почти мечтала вернуться в мрачный замок. Даже поверить не могла тому, что скучаю по тем старым стенам и камину в своей комнате на втором этаже.

«Еще немного осталось! — сказала я себе. — Завтра бал и потом мы уедем отсюда!».

Столица больше не манила меня своими развлечениями.