Мятежный

Я сделала, как он просил. В этом году я попросила Пэм и Даррена ничего мне не дарить. Так они и сделали. И я не могу винить их за то, что они выполнили мою просьбу. К тому же в прошлом году Даррен уже пытался сделать мне подарок – новый плоский телевизор, – и я вежливо отказалась. Я позвонила сыну Ханны и попросила забрать телевизор, потому что сама домработница никогда бы не приняла его в дар. Но что бы Роман ни собирался мне вручить – я уже хотела этим обладать.

Я зажмурилась, когда услышала, как его ботинки приземлились на ковровое покрытие. Мой пульс подскочил до небес, и удары отдавались в каждом дюйме кожи. Было нечто захватывающее в осознании того, что сейчас он может сделать со мной что угодно. Но на самом деле он не сделает ничего. Потому что Роман оставался порядочным и честным. И что бы он о себе ни думал, я знала: он хороший.

– Открывай. – Его дыхание коснулось моего лица.

Я моргнула, привыкая к тому, что вижу, не до конца веря в происходящее. Бейсболки на нем уже не было.

Как и бороды.

И его пучка волос на макушке.

Бэйн. Настоящий Бэйн. Передо мной предстало его совершенное, красивое, мальчишеское лицо с шелковистой кожей. Гладковыбритый и завораживающий, подобно Леонардо Ди Каприо в роли Ромео, когда ты впервые видишь его в фильме на экране и тебе кажется, что кто-то злобно сжимает твое сердце, насмешливо ухмыляясь.

Я знала, что Роман привлекателен, но это было нечто иное. Нечто большее. Несмотря на квадратную и мощную челюсть, все в нем казалось невероятно юным. Его греческий нос и пухлые, будто ужаленные пчелой, губы. Казалось, этого мужчину изобрели, чтобы окончательно меня сломить.

А потом меня осенило.

Он побрился ради меня.

На прошлой неделе мы стояли здесь же, в моей комнате, и я сказала ему избавиться от бороды.

Так он и поступил. Он перестал прятаться. Ради меня. Подарил мне самую важную вещь – принятие того, кем он являлся и как появился на свет.

Осознав, что прошла уже как минимум целая минута, а я еще ничего не сказала, я открыла рот. Он выжидающе смотрел на меня, словно я держала в своих руках небо.

– У тебя… новая рубашка?

Он приподнял бровь.

– И кто из нас теперь засранец?

Я со смехом упала на кровать. Роман притворился, что хочет ударить мое плечо, повернул меня и прижал к матрасу, в то время как я отчаянно цеплялась за пояс его штанов, подтягивая их вверх.

– Ты сказал, что открылся вид на твою задницу. Но я не думала, что ты имел в виду ту, что сидит у тебя на шее. – Я издала смешок, затаив дыхание.

– Не делай так. – Теперь он полностью навалился на меня, его эрекция упиралась мне в живот. Воздух между нами наполнился тяжелым дыханием, гормонами и нуждой. Я взглянула на дверь. Заперта.

– Почему?"

"– Потому что у меня адская эрекция, а твой смех практически режет мои яйца.