Мятежница

- Мы придумали, какое преступление будем расследовать! - заявил один из них громким шепотом, и я вспомнила, что с той стороны сидел Питер.

Если, конечно, они не поменялись местами в мое отсутствие.

- И какое же? – поинтересовалась я, подозревая самое недоброе.

- То, которое совершили те люди в халатах! – возвестил Финн, кинув взгляд в сторону эгранцев, дружно смотревших в сторону нашего стола.

Я вытаращила глаза, а бабушка устало отмахнулась, заявив, чтобы внуки не валяли дурака. Но мне это нисколько не понравилось.

- Даже не вздумайте! – заявила им. – Эти люди очень опасны. Я успела в этом убедиться, когда беседовала с одним из них, так что не стоит к ним приближаться!

Обладавшие неуемной энергией близнецы могли так долго доставать эгранцев, пока тем не надоест, и я боялась представить, что из этого может выйти. Судя по всему, бородатые личности не слишком-то уважали местных женщин, но что, если их неприязнь распространялась еще и на детей?

Не успела я как следует объяснить братьям, к каким проблемам может привести подобное расследование, как вернулись мужчины с лимонадом, и на наши вопросы дружно ответили, что все улажено, и эгранцы больше ко мне не подойдут.

Наконец, когда ужин был съеден, за столом заговорили о том, что неплохо бы подышать свежим воздухом. Я с радостью согласилась на предложение доктора Риккота, вызвавшегося составить компанию мне и Маргрет, потому что остальные все-таки сослались на усталость.

Но Маргрет почему-то в последний момент с нами не пошла. Заявила, что мальчишкам нужно повторить уроки – на это близнецы дружно заныли, - так как они многое пропустят из школьной программы."

"Кажется, Кларисса тоже собиралась присоединиться, но ее мать пожаловалась на тяжесть в животе. Оказалось, она давно уже страдает несварением желудка, а ее капли лежат в саквояже, поэтому дочери нужно отвести ее в каюту и поискать лекарство.

Вскоре мы с доктором вышли на прогулочную палубу. Немного постояли под порывами ветра, затем обошли корабль от одного борта до другого, пока я окончательно не продрогла.

Чарльз Риккот тем временем рассказывал о своей практике в Каберге, а также об изысканиях в области хирургии. У него был пытливый ум, который не довел доктора до добра. Он сделал несколько открытий, противоречащих общепринятым канонам, за что был с позором изгнан из столичного медицинского сообщества Антилии.

Но неплохо прижился в Цильсии и даже опубликовал несколько научных работ, которые на материке никого не заинтересовали. Зато они пришлись по вкусу директору центрального госпиталя Сины, столицы Джосейры.

- Меня пригласили возглавить хирургическое отделение в Сине, - произнес Чарльз. Доктор попросил назвать его по имени, и я, немного поколебавшись, согласилась, - и я подписал с ними контракт.