Мизгирь

Его любимая жена очень изменилась после рождения дочери, хотя и не сразу. Когда же это произошло? Ах, да, спустя буквально три недели после переезда. Он начал замечать, что Лера, всегда такая уравновешенная, тихая и ласковая, стала вдруг очень мнительной, раздражительной и пугливой. Она могла раскричаться из-за оставленных у порога немытых ботинок или не так поставленной чашки в шкафу, хотя раньше на такие пустяки даже и не обратила бы внимания. Нет, он, конечно, понимал, что она очень устаёт с ребёнком, целыми днями дома одна, бабушек и тётушек у них не было, но ведь он тоже не сидел, сложа руки, приезжая с работы, старался помочь Лере по дому, как мог. Он не был из тех мужей, что проводят вечера на диване с баночкой пива в руках, обсуждая политику и зная, как управлять страной лучше властей. Нет, он мог и полы помыть, и посуду, и развесить Евины распашонки или погладить пелёнки. И он часто это делал. Да и после переезда работы прибавилось, как ни крути, дом – это тебе не квартира, тут и снег надо разгрести с утра, и порог в бане подправить, и покосившуюся доску в заборе подколотить, и ещё всякое по мелочи. Работа в доме есть всегда и она никогда не заканчивается. Но ему эти перемены были в радость, тем более, сейчас, когда уже вот-вот начнётся пора зелёной травы, цветов и длинных, летних вечеров. Он планировал обустроить двор так, чтобы Лере с Евой было здесь уютно, комфортно и приятно проводить время. Ведь всё, что он делает, это ради них.

Но что происходит с его женой? Она ничем в последнее время не довольна, всегда на взводе, на него смотрит недоверчиво, не желая делиться своими переживаниями, а теперь и вовсе стала проявлять необоснованную агрессию. Той ночью он чуть с ума не сошёл, вбежав в детскую из-за крика дочери, и увидев, как Лера трясёт малышку в вытянутых перед собою руках, а сегодня и вовсе произошло из ряда вон выходящее событие. Хотя… Может быть, он чего-то не знает, ведь Лера стала такая скрытная. Да, им однозначно нужно поговорить. Просто сесть и поговорить, выяснить всё. Он согласен, Галя, конечно, странная особа, но неужели она могла сделать что-то такое, чтобы дело дошло до драки и нападения?

Тем временем Лера осторожно уложила малышку в колыбель и осталась стоять у кроватки, глядя на дочку. Гена подошёл ближе, обнял жену, та не отстранилась.

– Идём, – тихо, чтобы не разбудить ребёнка, позвал он, взяв жену за руку.

Лера послушно и даже как-то равнодушно пошла следом. Они пришли на кухню, и Гена усадил жену за стол и налил им обоим чаю, достал с полки шоколад.

– Лера, – он пододвинул чашку поближе к супруге, а сам сел напротив, – Прости меня, пожалуйста, если я в чём-то виноват перед тобой, наверное, действительно, виноват, раз ты так ведёшь себя со мной.