Мистер

Улучив мгновение, я оглядываюсь на нее – Алессия склонилась над нотами, смотрит на мою пьесу, наморщив лоб в глубокой задумчивости.

«Неужели она знает ноты?»

«Читает и понимает, что там написано?»

Она поднимает голову и смотрит на меня. Наши взгляды встречаются, и девушка нервно облизывает верхнюю губу, смущенно распахнув темные глаза. Ее щеки розовеют.

Черт!

Отведя взгляд, она опускается на пол, прячась за роялем, чтобы смахнуть пыль с его ножек или отполировать табурет.

Это невыносимо.

Звонит мой телефон, и я в испуге подскакиваю. Оливер.

Никогда еще я не был так рад неожиданному разговору. Мне нужен предлог, чтобы выйти из гостиной.

«Дьявол, я же обещал себе, что не стану от нее бегать!»

– Да, Оливер. Что случилось?

– Возникли кое-какие вопросы с планированием работ. Без вас не обойтись.

Я выхожу в коридор, слушая разглагольствования Оливера о новых лампах и переноске стен в Мейфере.

Когда он выходит из комнаты, у нее над головой как будто проходит штормовая волна, чтобы нести разрушения дальше – может, куда-нибудь в холл? Алессия с облегчением вздыхает. Хозяин разговаривает по телефону. У него низкий, однако очень мелодичный голос. Раньше она никогда не чувствовала себя так стесненно рядом с мужчинами.

Прекрати думать о нем и убирай квартиру!.. Алессия заканчивает натирать рояль, по-прежнему чувствуя на себе взгляд хозяина, которым он следил за ней совсем недавно.

Нет. Исключено.

Зачем ему смотреть на меня?

Может, он проверял, хорошо ли она исполняет свою работу? Как миссис Кингсбери? Глупости. А ведь она согрелась, ей уже не так холодно, как утром, когда она вошла в квартиру. Что же согрело ее? Тепло снаружи или изнутри?

Рядом с ним ей жарко.

Смехотворные мысли! Алессия усмехается. Пока его нет, она быстро выходит за пылесосом. Мистер стоит в дальнем конце коридора, разговаривая по телефону. Он прислонился к стене, его длинные ноги вытянуты, ступни притопывают в такт разговору.

Он говорит негромко, но провожает ее взглядом, когда она идет на кухню. Когда Алессия приносит пылесос в гостиную, хозяин снова за столом, разговаривает по телефону. При виде Алессии встает.

– Погоди, Оливер. Продолжай, – говорит он девушке, взмахнув рукой, и снова выходит. Он расстегнул черный свитер с капюшоном, и под ним видна серая футболка с черным венцом и надпись LA 1781. Заметив выбивающиеся над треугольным вырезом футболки волоски, Алессия краснеет. Ей кажется, что она слышит недовольный голос матери:

«– Алессия! Что ты делаешь?

– Я смотрю на мужчину, мама. Это очень привлекательный мужчина. Я смотрю на него, и кровь в моих жилах бежит быстрее».

Она воображает, как рассердится мама, и улыбается.

«– Ах, мама. В Англии все по-другому. Мужчины. Женщины. Они иначе ведут себя. Иначе разговаривают».