Мистер

Проснувшись, я слышу доносящуюся снизу музыку Рахманинова, мой любимый его концерт. Однако он звучит как-то странно. Миг спустя я понимаю, что играет только пианино. Ну конечно, здесь же нет оркестра.

«Я должен это видеть!»

Вскочив с кровати, натягиваю джинсы, не найдя свитера, закутываюсь в покрывало и сбегаю вниз.

Одетая в мой бежевый свитер, Алессия играет на пианино. Она нашла наушники и теперь слушает музыку с айфона и, закрыв глаза, играет. Без нотного листа. Без оркестра.

Ее пальцы порхают по клавишам, извлекая мелодию столь прекрасную и мощную, что у меня перехватывает дыхание. Я почти слышу, как оркестр дополняет ее игру.

Настоящий виртуоз. Я наблюдаю за ней, не в силах шевельнуться. Сила звука нарастает, звучит крещендо. Алессия покачивает головой в такт музыке, волосы струятся по спине, и вдруг… она перестает играть. Пока последние звуки тают в воздухе, она молча сидит, положив ладони на бедра. Я ощущаю себя чужаком, вторгшимся на территорию экзотического создания иного вида. Не в силах сопротивляться внутреннему побуждению, я аплодирую.

Алессия открывает глаза и удивленно смотрит на меня.

– Блестящее исполнение!

Она вынимает наушники и застенчиво улыбается.

– Прости, не хотела тебя будить.

– Ты и не разбудила.

– Я учила эту вещь как раз до того, как покинула… – Она умолкает.

– Ты играешь очень хорошо. Я даже услышал оркестр.

– По телефону?

– Нет, в своем воображении. Вот до чего хорошо ты играла. Ты слушала его во время исполнения?

– Спасибо. Да. – Она смущенно краснеет.

– Тебе следует выступать на сцене. Какие цвета ты видела?

– В музыке? – уточняет Алессия и в ответ на мой кивок с энтузиазмом заявляет: – Там была целая радуга, много разных цветов… – Она разводит руками, словно желая жестами показать всю палитру увиденного. – Это как…

– Калейдоскоп?

– Да. – Она горячо кивает и широко улыбается.

Наверное, на албанском это слово звучит так же.

– Чего и следовало ожидать. Я люблю эту композицию, – признаюсь я и мысленно добавляю: «И люблю тебя».

Я подхожу к Алессии и целую в губы.

– Меня восхищает ваш талант, мисс Демачи.

Она встает и обнимает меня за шею. Я закутываю нас обоих в накинутое на плечи покрывало.

– А меня восхищаете вы, мистер Максим. – Скользнув пальцами по моей шее, она наклоняет мою голову к себе для поцелуя.

«Не может быть! Я опять хочу ее…»

Высокая и гордая, она двигается вверх-вниз, уже гораздо грациозней. Изумительное зрелище. Алессия не сводит с меня глаз, чертовски сексуальная в осознании своей власти надо мной. Мое наслаждение нарастает. Наклонившись надо мной, она переплетает наши пальцы, сжимает руки и целует меня. Влажный, теплый, требовательный поцелуй…

– Моя красавица… – стону я, находясь уже на грани.