Мистер Морг

— Правда? Случайно, не про войну пушек с кошками?

— Что? — Грейтхаус бросил на него сердитый взгляд. — Нет. Работа все проклятая. Не нравится мне все это.

— Вам приснилась работа?

— Да нет. Во сне я увидел… Ну, звучит смешно, понимаю. — Грейтхаус немного поколебался, снова достал фляжку и, держа ее наизготове, сказал: — Зуб этот чертов приснился.

— Зуб, — повторил Мэтью.

— Ну да. Зуб Маккаггерса. Который он нам показал. Помнишь всю эту тарабарщину про Бога, Иова, чудовищ и… — Грейтхаус вынул пробку и в очередной раз хорошенько промочил горло. — И все такое, — сказал он, оторвавшись от фляжки.

Мэтью подождал, уверенный, что последует продолжение. Он снова встряхнул вожжами, но это не возымело никакого действия на скорость, с которой передвигались престарелые лошади. Впрочем, до места, куда они направлялись, было уже не так далеко. В доме призрения душевнобольных их ждали доктор Рамсенделл и доктор Хальцен.

— Мне приснилось… — сказал Грейтхаус, набрав в легкие воздуха, как будто хотел, чтобы мозги у него снова заработали. — Приснилось чудовище, которому принадлежал этот зуб. Мэтью, размерами оно было с дом. Нет, больше. С церковь Троицы или ратушу. Даже еще больше. Шкура у него была как темно-серый чугун и дымилась, будто прямиком из доменной печи. Голова — с карету. И на меня смотрит, Мэтью, прямо на меня. Эта зверюга хочет есть, бросается на меня, а я убегаю. — Он вдруг осклабился как безумец. — Смешно, да?

Мэтью издал неопределенный звук, но глаз от дороги не оторвал, хоть Грейтхаус и смотрел на него.

— Чудище кидается за мной, — продолжал Грейтхаус. — Как… ураган. Как стихийное бедствие. Я бегу по полю, а на нем… валяются трупы. А может… части тел. Укрыться негде, и я знаю, что зверь меня догонит. Знаю, но поделать ничего не могу. Он вот-вот схватит меня — этими своими зубами. Мэтью, у него их был полный рот. Несколько сотен. Настоящий великан, и на ногу скорый. И вот он уже у меня за спиной, я чувствую его дыхание на затылке… и тут…

Грейтхаус замолчал. Не дождавшись продолжения, Мэтью спросил:

— На этом месте я, кажется, проснулся. Не помню. Может, и умер — там, во сне. Не знаю. Но скажу тебе, что я точно знаю. — Он хотел было снова приложиться к фляжке, но передумал: сегодня еще предстояло работать. — Я ведь успел уже почти забыть, что такое страх. Не испуг, это другое. А тут именно страх. Когда понимаешь, что у тебя нет ни единого шанса. Вот что я почувствовал во сне. И все из-за этого чертова зуба.

— Вы на ночь пирог с угрем ели — может, от этого. Я же вам говорил, что он с душком.

— Дело не в этом. Ну хорошо, может, и в этом тоже. Живот у меня и правда немного крутило. Но в основном это из-за нашего задания. Если бы не хороший гонорар, я бы предложил Лиллехорну поискать кого-нибудь другого.