Мистер Генофонд

— Я просто подсказал этим идиотам, как можно заработать деньги из воздуха.

— Ага. Слышала. Эд Басманский мощно костерил твой бизнес-план. Я даже не знала, что прилагательные с существительными можно так сочетать.

— Мне бы секс каждый день, я бы ничего такого не придумал, и завтра никуда не нужно было бы идти.

— То есть я во всем виновата?

— Конечно ты! И теперь мне придется на целый вечер оставить тебя одну.

— Ради ресторана, — договорила я за Леху и тут же прикусила язык. — Там ведь у вас еще, небось, женщины будут… — Перекатилась ему на грудь и заглянула в глаза. — Басманский сто процентов притащит половину эскортниц Питера.

Внутри разлилась такая горечь, словно уксуса хлебнула.

Леха не ответил. Только брови нахмурил, будто сказала глупость.

— Черт… Я, кажется, ревную. — Лежать дольше было невозможно, и я села. Прямо на Леху, перекинув ногу, как наездница на жеребца.

— Про эскорт не уверен. Москвичи, скорее всего, будут со своими женами. — Мужские руки обхватили мои бедра и подтянули ближе к паху. — Но обещаю, я от Басманского ни на шаг. Никаких левых баб.

— То есть все кроме тебя с дамами, а ты с Эдом…

В таком ракурсе картина встречи выглядела уже иначе. Образ Отелло я примерила на себя зря. Ревнивый мавр среди нас был! Еще какой ревнивый, но явно не я.

Осталось лишь добиться признания.

— Милый, — проигнорировав красноречиво стоящее препятствие в развилке ног, я наклонилась вперед, — у меня тут идея появилась… Раз ты бухаешь… То есть переговоры переговариваешь. Может, мне тоже с кем-нибудь встретиться? С подругами посидеть в кафе, бабушку в театр вывести.

— Бабушку есть кому водить по театрам, а с подружками — пожалуйста. Только дома!

— Дома скучно. Да и в холодильнике пустота.

— Я могу заказать вам еду, — Леха тут же потянулся за своим телефоном. — Прямо сейчас закажу. Какую? Китайскую? Японскую? Итальянскую?

— Не надо заранее. Вдруг мы захотим доставку из того ресторана, в котором будете встречаться вы. Или мне туда нельзя?

Я буквально коршуном висела над Лехой, боясь упустить какую-либо эмоцию и одновременно боясь рассмеяться.

— Нет, к нам не надо. Там не вкусно. И скучно. — Он крутанулся, подминая меня под себя

Наглые мужские губы принялись прокладывать дорожку из поцелуев от шеи к груди. Но прямо перед сосками я их остановила.

— А может, дело в том, что кто-то до сих пор ревнует меня к лучшему другу? И потому не зовет с собой? — закрыла грудь руками.

— Поль? — Леха приподнялся. Посмотрел злобно.

Вместо ответа меня снова попытались поцеловать и даже раздвинуть ноги.

— Нет-нет, Крамер! — я резко отвернула голову в сторону. — Этот фокус у тебя не пройдет. Лучше сознайся! Признай, что ты деспот, который скорее запрет меня дома, чем приведет в ресторан к лучшему другу.