Миссия Шута

Джинна пригубила бренди, а потом повела рукой со стаканом, указывая в сторону моего заваленного бумагами стола, который было видно в открытую дверь.

– Я знала, что ты делаешь чернила и краски, но похоже, ты еще ими и пользуешься. Ты писарь?

– Что-то вроде того, – пожав плечами, ответил я. – Ничего изысканного, хотя иногда я делаю простые иллюстрации. Почерк у меня приличный, не более, но мне нравится записывать то, что удается узнать, когда появляется возможность.

– Для тех, кто умеет читать, – проговорила Джинна.

– Верно, – согласился я.

Она склонила голову набок и улыбнулась:

– Не могу сказать, что одобряю тебя.

Меня удивило не то, что она возражала против подобных вещей, а то, как мило она высказала свое мнение.

– Почему?

– Мне кажется, знание не должно быть доступным. Я думаю, его нужно заслужить. Например, мастер может передать его своему самому достойному ученику, а записывать на бумагу, чтобы оно стало достоянием любого, кому попадется на глаза…

– Должен признаться, что похожие сомнения появляются и у меня, – ответил я, подумав о свитках, посвященных Силе, которые изучает сейчас Чейд. – Однако мне известен случай, когда мастера неожиданно настигла смерть и все ее знания ушли вместе с ней, она не успела передать их самому достойному ученику. Гибель одного человека отняла опыт, накопленный несколькими поколениями.

Джинна некоторое время молчала.

– Печальная история, – признала она наконец. – Несмотря на то что великие мастера делятся с другими людьми своим искусством, самые главные секреты они берегут для лучших учеников.

– Возьмем тебя, – продолжал я, воспользовавшись полученным преимуществом в споре. – Ты занимаешься делом, которое скорее можно назвать искусством. У тебя полно тайн и умений, которыми ты делишься только с теми, кто практикует защитную магию. Насколько я понимаю, ученика у тебя нет. Однако могу побиться об заклад, что у тебя имеются собственные секреты, которые умрут с тобой, если тебе не суждено дожить до завтрашнего дня.

Она довольно долго на меня смотрела, затем сделала еще глоток бренди.

– Очень неприятная мысль, – грустно проговорила она. – Но видишь ли, Том, я неграмотна и не смогу перенести свои знания на бумагу, если мне не поможет кто-нибудь вроде тебя. Но и в этом случае я не буду уверена, что ты записал то, что я знаю, а не то, как ты понял мои слова. Половина тренировки ученика состоит в том, чтобы воспитанник запомнил все, что ты говоришь, а не то, что, как ему кажется, ты сказала.

– Ты права, – пришлось согласиться мне.

Мне часто казалось, что я понимаю наставления Чейда, а потом, когда я пытался смешать собственные настойки, у меня ничего не выходило или случались ужасные вещи.