Миссия доброй воли

Глава 11

ПЫЛЬНЫЙ ДЬЯВОЛ

Почти все технологические расы, известные землянам, стремились и стремятся к гегемонии в Галактике. Негуманоиды дроми опираются при этом на особенности своей физиологии и способа воспроизводства потомства, который ведет к стремительному росту их популяции. Бино фаата, кни’лина и наша собственная цивилизация в большей степени используют достижения науки и специальные структуры общества, призванные обеспечивать защиту и нападение в галактических войнах. К этим аксиомам гуманоидов хапторы добавили веру в могущество Владык Пустоты, которые, наблюдая за развитием событий в Галактике, укажут в будущем своих преемников. Пожалуй, единственным исключением в этом клубе космических цивилизаций стали лоона эо; им не нужны гегемония и власть, они выполняют свою культуртрегерскую программу и даже вывели с этой целью новую расу разумных существ – биороботов-сервов.

Майкл Киш. «Философия космической эры»"

"Выброшенный катапультой челнок покачнулся, потом загудели маршевые двигатели, и маленький кораблик по крутой спирали пошел вниз. Тяжесть нарастала, вдавливая Эрика в огромное кресло; на этом суденышке, таком же старом, как большой корабль, не имелось гравикомпенсаторов. Впереди, где на месте пилота сидел Чагра’шари, развернулся экран, вспыхнули незнакомые созвездия, потом выплыл диск планеты – бурые пространства северного материка и, ближе к экватору, темная, почти черная поверхность океанических вод. В ней яркими сполохами отражались два солнца, алое и золотистое.

Тяжесть стала меньше, и Эрик с облегчением вздохнул. За вибрацией, сообщавшей о входе в плотные слои атмосферы, раздался едва слышный свист воздуха, на экране вспыхнул и погас огненный ореол. По ниспадающей глиссаде челнок мчался над северным материком, и внизу, в километре под ним, простиралась безбрежная пустыня. Она выглядела величественной и страшной. Алое солнце стояло в зените, желтое только поднималось над морем песка, и от высоких дюн падали двойные тени. Ветер срывал песчинки с гребней барханов, они кружили в бешеном танце, завивались смерчами, гонявшимися друг за другом, словно живые существа. Иных движений не было, лишь песок и ветер метались по равнине, сверля и полируя торчавшие тут и там скалы. Их причудливые формы вызывали в памяти то скелет динозавра, то дворец из восточных сказок, то огромный, источенный жучками пень.

На горизонте поднялась горная цепь. Дым окутывал вулканические кратеры, и в этих черных тучах временами просвечивало багровое пламя. Огненные потоки лавы неторопливо сползали по склонам, наступали на пустыню, рассекая пески длинными узкими языками. Над ними колыхался жаркий воздух, порождавший атмосферные вихри.