Миссия выполнима

В комнате сидели, «Мартини» сосали, базарили. Но не добазарились. Не судьба.

Жора еще раз чихает, затем начинает смачно сморкаться в свой мятый платок-парашют. Разобравшись с соплями, делает глубокий вывод.

– Да, в общем, наверно… Я тебе больше скажу. «Мартини» нормальные мужики не пьют. Либо водку, либо коньяк. На худой конец сушнячок. «Мартини» – бабский напиток…Что жена говорит? В смысле версий?

– Она ревела больше. Милый, единственный, как я теперь без тебя?…

На работу все валит. На фабрику. Гнилуха, мол, там у них. Третьего директора мочат.

– Ого. Тех тоже статуэтками?

– Нет. Первого взорвали в девяносто третьем, второго на улице расстреляли два года назад. Ничего пока не раскрыто. Теперь вот, Бочкарев. Как говорится, фабрика со славными трудовыми традициями.

– Никогда б не подумал, что переработка мусора такой криминальный бизнес. Чего там делить? Городские помойки?

– Мне это тоже непонятно. Фабрика загибается, доходов никаких, ничего на ней не перерабатывают. Зарплату работягам последний раз в прошлом апреле платили. Выживают за счет аренды.

– Это тоже жена сказала?

– Нет… Зам. Примчался среди ночи. Стонал, да охал. Версий, конечно, никаких не назвал. Мол, с фабрикой убийство никак не связано… «Крыши» братской нет, дескать, на мусор никто не претендует. Все они так говорят.

– Меня в этой истории больше всего «Дафна» смущает. Вот ты бы стал убивать директора фабрики статуэткой?

– Я б, конечно, застрелил. На худой конец, ножом пырнул, – простодушно отвечает Жорик.

– То-то и оно… Это в чистом виде бытовуха, с фабрикой вряд ли не связанная. Женой надо заниматься. Выяснять моральный климат в семье. Очень вовремя она в театр намылилась. Словно чуяла. Где ты видел жен, в одиночку блуждающих по театрам? Как у нее со внешним обликом?

– Высшая проба… Жанна Андреевна, хм… Ее Утконос сразу за плечико и в темный угол, а мне и поговорить не дали толком… Ну, гад… Меня до сих пор трясет, – Жора сжимает кулак, – ничего, посмотрим, кто раньше раскроет. Я ему еще утру носяру утиную.

– Мокрухи не наш профиль, Жор. Есть убойный отдел, пускай и кувыркается. Они люди опытные, грамотные…

– Я тебя умоляю! Этот грамотный двух слов связать не мог. Заладил заму, как петух: «Кто ваша крыша, кто ваша крыша?»… Только «мобилу» на веревочке крутит. Дурень. Мне аж за органы неудобно стало.

Вместо петуха Георгий имел в виду, конечно же, попугая. Не обращайте внимания, напарник в гневе.

– А профиль у нас один…Оклад только разный.

– И как ты собираешься раскрывать, если не секрет?

– Не знаю пока… Пускай Главк жену трясет, а я бы с зама начал. Не понравился он мне. На словах охает, а глазки бегают. Он ведь теперь основной на фабрике. Мотив – на лицо. А под бытовуху обставится самое милое дело.