Миссия: разлюбить засранца

Всего на секунду мы сталкиваемся взглядами, и там такая буря эмоций, что и меня ими захлестывает.

Резко отворачиваюсь, позволяю Роме увести меня с танцпола.

— А вот и мы! — громко произносит Рома, подходя к ребятам.

Он все еще держит меня за руку, и я почему-то ему это позволяю. Стараюсь беззаботно улыбаться ребятам, и, кажется, у меня получается.

— Может, сыграем партейку в бильярд? Девчонки, вы как?

— Можно, — пожимаю я плечами, потому что прямо сейчас я готова даже провалиться в ад, лишь бы уйти подальше от Долматова.

— Я тоже не против, — отзывается Нина.

Ромка тянет меня вперед, немного наклоняется и обеспокоенно спрашивает:

— Да, конечно, — слишком быстро отвечаю, избегая его взгляда.

Как ему объяснить, что не его поцелуй лишил меня покоя, а Айдар?

В игровой комнате (ага, у Долматова даже игровая комната есть!) мы дожидаемся своей очереди, а потом Нина с Ромой решают сыграть в партию, поскольку единственные кто в нашей компании хоть что-то в этом понимают.

Я же получаю долгожданную передышку, падаю мешком на диван и наблюдаю за игрой, хотя на самом деле мысленно далеко отсюда.

Я сравниваю поцелуй Долматова и Клюева, и понимаю, что они абсолютно разные. Оба, очевидно, хороши в этом деле, но Долматов буквально заставил меня забыть свое имя, а Рома…

Что ж, я окончательно поняла, что у меня нет к нему чувств. Разве что дружеские. Как бы мне хотелось, чтобы у меня к Ромке была хоть маленькая искра! Уж я бы постаралась из нее разжечь целый костер, но ничего. Абсолютно ничего. И сейчас я лишь думаю о том, как избежать его прикосновений.

Я хотела подальше уйти от Долматова?

Как только Нина выигрывает первую партию, Долматов заходит в комнату в компании своих мажористых друзей. Воздух сгущается, и мне становится сложно дышать.

— Ничего себе, Уткина! Да ты профи! — восхищенно присвистывает Айдар.

— Да какой она профи! — фыркает какой-то мажор. — Сыграем, крошка? На деньги?

— Не думаю, что эта хорошая идея, — вяло протестует Нина.

— Да ладно тебе, малышка! Струсила?

Уткина выпрямляется, а потом отрезает:

— Давай сыграем. И не называй меня малышкой.

Они начинают играть, но едва ли я на это обращаю внимание. Особенно, когда на подлокотник дивана присаживается Долматов. Суматошно оглядываюсь по сторонам, и Айдар холодно произносит:

— Ищешь своего парня? Он ушел. А ведь ты даже не заметила.

— Здесь много людей, — силясь выдавливаю из себя, отказываясь смотреть на парня.

— Ну конечно, — хмыкает. — И как он?

Молчу, точно в рот воды набрала.

— Уже сравнила нас? — продолжает допытываться.

— Не понимаю, о чем ты, — хрипло отзываюсь.

— Я не смогу это сделать, — вдруг отрывисто признается, отчего я озадачиваюсь и все же поворачиваюсь к нему лицом.

Айдар не просто на меня смотрит, он словно заглядывает в самую душу.