Миссия: разлюбить засранца

Красивое озеро, в котором плавают лебеди и утки, много зелени и цветов…

— Не туда смотришь, Устинова, — с лукавым блеском в глазах, кидает Дар.

Он тянет меня за руку к себе, а потом тихо приказывает:

— Ну ты и интриган, — возмущаюсь, но глаза все же закрываю.

— Не подглядывай! — предупреждает, но я и не собиралась.

До меня доносится какое-то шуршание, потом щелчок, после чего Дар шепчет:

Открыв глаза, я сразу же замечаю у него в руке открытую синюю бархатную коробочку, в которой красиво лежит кулон в виде сердца с камнями (прости господи, это что, бриллианты?) и цепочкой. Я не нахожу слов, открываю и закрываю рот, точно рыба выброшенная на берег, пока сипло не выдавливаю:

— Ты что, спятил? Это же дорого!

— Ерунда, — отмахивается, как будто он мне сейчас не золото с бриллиантами дарит, а простую бижутерию.

— Нет-нет, Дар, я не могу это принять, — качаю головой, отнекиваясь от такого дорого подарка. — Мне неловко. Мне даже родители такого не дарили!

— Ну значит, я буду первый, — шаловливо подмигнув, невозмутимо бросает. — Брось, Поль, это всего лишь кулон с цепочкой. Не яхта, конечно… Но и ты пока не моя жена.

— Да ну тебя, Долматов! — фыркаю. — Все тебе шуточки! А если мы расстанемся через месяц?

Знаете, в жизни всякое бывает. Мы встречаемся без году неделя, а он уже такие подарки мне делает. Что скажут его родители, в конце концов?! Не хочется выглядеть в их глазах охотницей за богатством.

— А ты собралась со мной расставаться?

— Вот и хорошо! А теперь повернись! — властно отрезает, и, не дожидаясь пока я очухаюсь, сам за плечи поворачивает меня к себе спиной. — А если расстанемся, то сдашь в ломбард. Будет тебе моральная компенсация за те нервы, что я тебе потрепал.

Айдар, приподняв мои волосы, аккуратно застегивает цепочку на шее. Кулон красиво ложится в ямку между ключицами. Несмело дотрагиваюсь до него пальцами, точно боюсь обжечься.

— А вообще, Устинова, привыкай. Я парень щедрый, тебе повезло.

— Спасибо, Дар, — повернувшись, кладу руки ему на плечи. Приподнявшись на носочки, нежно целую в губы. — Но не нужно никаких больше подарков, ладно?

— А это, сладенькая, не тебе решать, — игриво щелкнув меня по носу, произносит. — Ты не кто-нибудь там, а моя девушка. У нас все серьезно, и расставаться я с тобой не собираюсь. Более того, если ты вдруг захочешь от меня уйти, то у тебя ничего не получится, Устинова. Я не отпущу тебя.

— Обещаю, что буду спать у тебя под дверью сутками, заваливать цветами и петь серенады под окном.

— Только стихи не пиши, а то с рифмой у тебя не очень, — хихикнув, подтруниваю над парнем, вспомнив его стихотворение на одном из стикеров, что он оставил в подъезде.